Рассказы.

  Вход на форум   логин       пароль   Забыли пароль? Регистрация
On-line:  

Раздел: 
Сатсанг / Общий и Творческий раздел / Рассказы.

Страницы: 1  ответить новая тема

Автор Сообщение

Группа: Участники
Сообщений: 622
Добавлено: 27-11-2006 06:06
Этот рассказ не я написала, только что нашла в интернете. Очень понравился. Автор - Золотая Апельсинка.

Росточек веры.(из архива)

Средненький мой,худенький,как прутик.Ручки-веточки.Беленький сам,глазищи чёрно-карии.Бездонные,бархатные вишенки.
Пришел как-то из школы,из своего 1а,а в кулачке косточка от финика зажата.Финики они в классе слопали,а потом Нина Геннадьевна посвятила молодёжь в азы ботаники.
-Мама,она сказала,что если косточку посадить,то вырастет пальма с финиками.
-Всенепременно ,сынок!Но,понимаешь,не у нас,не в Сибири.Это в Африке вырастет.
То,что для других детей послужило лишь информацией,для Мишки явилось руководством к действию.Поклонник всевозможных мурашиков,исследователь жучков,маньяк червячков м прочей нечисти, теперь решил попробовать себя в садоводстве.И вот,хлопая ресницами:
-Нет,мама! Она обязательно вырастет! Через месяц.Её поливать надо и она вырастет!
Боже мой,вот головняк-то! Вспоминаю себя в детстве и святую веру свою в подобные фокусы с яблочной косточкой.Выделяю ему пластмассовую баночку из под какой-то снеди-всё равно ведь выбрасывать,и ворча,лезу за мешочком с землёй.
Вечером эта банка с гордостью демонстрируется изумлённому папе.Внимательно выслушав финиковую теорию,папа крутит банку с бааальшим недоверием.

Несчастная косточка с этого дня окружается повышенным вниманием и заботой.Её поливают.К ней спешат каждое утро и по приходе из школы.В течении месяца только один вопрос повисает над банкой:"Ну где же она?"
-А ты каждый раз выковыривай её пальцем,чтобы узнать,-блещет чёрным юмором папа,вспоминая достославного Карлсона.
-Дурак ты,Мишка!-снисходительно вещает старший брат.
Козявка же проявляет полное равнодушие.Ведь это не книжка,не любимые краски,и даже не косметика.Что толку от этой костяшки?
Постепенно вопрос утратил свою актуальность,о банке забыли и она была задвинута в самый дальний угол подоконника.
И вот вчера счастливый Мишка вновь возник передо мною с зажатым кулачком:

-Мама,Нина Геннадьевна сказала,что если посадить это зёрнышко.....
На ладошке на этот раз ничего экзотического-всего лишь пшеничное зёрнышко.Но оно выводит меня из себя.Что,в самом деле,думает о нас Нина Геннадьевна?
-Сынок,посмотри,таких зёрнышек у нас целая коробка стоит.Это ж простое зерно.Мы ими хомячков кормим.
-Нет,мама!Вот это зёрнышко обязательно нужно посадить.
Но,видя мою решимость покончить с аграрными опытами,Мишка,всхлипывая,направляется к шкафчику,чтобы надёжно припрятать своё сокровище до лучших времён.
-А отдам-ка я ему его банку!-озаряет меня.Всё равно пустая стоит,а там уже и земля есть.
-сынооочек!-кричу.Иди, сажай! Вот тебе твоя баночка!
И плюхаю банку на стол.
Глаза Мишки вспыхивают вишнёвыми огоньками-посередине,толстенький и сочный,на целых два сантиметра ввысь,зеленеет финиковый росток!

Группа: Участники
Сообщений: 622
Добавлено: 21-12-2006 04:54
Из интернета.
Про кота!

Каждый обитатель квартиры, в которой жил и я, знал, насколько Уродливый был уродлив. Местный Кот.
Уродливый любил три вещи в этом мире: борьба, поедание отбросов и, скажем так, любовь. Комбинация этих
вещей плюс проживание без крыши оставила на теле Уродливого неизгладимые следы. Для начала, он имел
только один глаз, а на месте другого зияло отверстие. С той же самой стороны отсутствовало и ухо, а левая нога
была когда-то сломана и срослась под каким-то невероятным углом, благодаря чему создавалось впечатление,
что кот все время собирается повернуть за угол. Его хвост давно отсутствовал. Остался только маленький
огрызок, который постоянно дергался.. Если бы не множество болячек и желтых струпьев, покрывающих голову
и даже плечи Уродливого, его можно было бы назвать темно-серым полосатым котом. У любого, хоть раз
посмотревшего на него, возникала одна и та же реакция: до чего же УРОДЛИВЫЙ кот.
Всем детям было категорически запрещено касаться его. Взрослые бросали в него камни. Поливали из шланга,
когда он пытался войти в дом, или защемляли его лапу дверью, чтобы он не мог выйти. Уродливый всегда
проявлял одну и ту же реакцию. Если его поливали из шланга - он покорно мок, пока мучителям не надоедала
эта забава. Если в него бросали вещи - он терся о ноги, как бы прося прощения. Если он видел детей, он бежал к
ним и терся головой о руки и громко мяукал, выпрашивая ласку. Если кто-нибудь все-таки брал его на руки, он
тут же начинал сосать уголок рубашки или что-нибудь другое, до чего мог дотянуться.
Однажды Уродливый попытался подружиться с соседскими собаками. В ответ на это он был ужасно искусан. Из
своего окна я услышал его крики и тут
же бросился на помощь. Когда я добежал до него, Уродливый был почти что мертв. Он лежал, свернувшись в
клубок. Его спина, ноги, задняя часть тела совершенно потеряли свою первоначальную форму. Грустная жизнь
подходила к концу. След от слезы пересекал его лоб. Пока я нес его домой, он хрипел и задыхался. Я нес его
домой и больше всего боялся повредить ему еще больше. А он тем временем пытался сосать мое ухо. Я прижал
его к себе. Он коснулся головой ладони моей руки, его золотой
глаз повернулся в мою сторону, и я услышал мурлыкание. Даже испытывая такую страшную боль, кот просил
об одном - о капельке привязанности! Возможно, о капельке сострадания. И в тот момент я думал, что имею
дело
с самым любящим существом из всех, кого я встречал в жизни. Самым любящим и самым красивым. Никогда
он даже не попробует укусить или оцарапать меня, или просто покинуть. Он только смотрел на меня,
уверенный, что я сумею смягчить его боль.
Уродливый умер на моих руках прежде, чем я успел добраться до дома, и я долго сидел, держа его на коленях.
Впоследствии я много размышлял о том,
как один несчастный калека смог изменить мои представления о том, что такое истинная чистота духа, верная
и беспредельная любовь. Так оно и было на самом деле. Уродливый сообщил мне о сострадании больше, чем
тысяча книг, лекций или разговоров. И я всегда буду ему благодарен.
У него было искалечено тело, а у меня была травмирована душа. Настало и для меня время учиться любить
верно и глубоко. Отдавать ближнему своему
все без остатка. Большинство хочет быть богаче, успешнее, быть любимыми и красивыми. А я буду всегда
стремиться к одному - быть Уродливым...

Группа: Участники
Сообщений: 149
Добавлено: 11-01-2007 00:54
Представляете картину...
Шесть часов утра, сентябрь, после бессонной ночи я размазываю слезы по клавиатуре - блин, Уродливого жалко!
В порыве страсти я разослал этот текст по всем своим знакомым - кто-то меня понял, кто-то нет...
Зато неожиданно обрел новых друзей.
Не пожалейте, разошлите. Пусть это будет вашим личным манифестом любви и сострадания. Много по-настоящему чувствительных людей скрывается за маской безразличия..
И если нужно сделать первый шаг навстречу - нет лучшего повода.

Добавлено: 11-01-2007 20:27
Представляю... У меня тоже полились слезы, как по Белому Биму в детстве.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 11-01-2007 21:15
а хотите ещё поплакать,только теперь по настоящему.это про меня,только писал не я

Ранее утро…8 марта. Будильник зазвенел, и даже не успев, как следует начать свою песню, умолк под натиском моего пальца. Почти в темноте оделся, тихо прикрыв входную дверь, направился к базару. Чуть стало светать.
Я бы не сказал, что погода была весенней. Ледяной ветер так и норовил забраться под куртку. Подняв воротник и опустив в него как можно ниже голову, я приближался к базару. Я еще за неделю до этого решил, ни каких роз, только весенние цветы…праздник же весенний.
Я подошел к базару. Перед входом, стояла огромная корзина с очень красивыми весенними цветами. Это были Мимозы. Я подошел, да цветы действительно красивы.
- А кто продавец, спросил я, пряча руки в карманы. Только сейчас, я почувствовал, какой ледяной ветер.
- А ты сынок подожди, она отошла не на долго, щас вернется, сказала тетка, торговавшая по соседству саленными огурцами.
Я стал в сторонке, закурил и даже начал чуть улыбаться, когда представил, как обрадуются мои женщины, дочка и жена.
Напротив меня стоял старик.
Сейчас я не могу сказать, что именно, но в его облике меня что-то привлекло.
Старотипный плащ, фасона 1965 года, на нем не было места, которое было бы не зашито. Но этот заштопанный и перештопанный плащ был чистым. Брюки, такие же старые, но до безумия наутюженные. Ботинки, начищены до зеркального блеска, но это не могло скрыть их возраста. Один ботинок, был перевязан проволокой. Я так понял, что подошва на нем просто отвалилась. Из- под плаща, была видна старая почти ветхая рубашка, но и она была чистой и наутюженной. Лицо, его лицо было обычным лицом старого человека, вот только во взгляде, было что непреклонное и гордое, не смотря ни на что.
Сегодня был праздник, и я уже понял, что дед не мог быть не бритым в такой день. На его лице было с десяток парезов, некоторые из них были заклеены кусочками газеты.
Деда трусило от холода, его руки были синего цвета….его очень трусило, но она стоял на ветру и ждал.
Какой-то не хороший комок подкатил к моему горлу.
Я начал замерзать, а продавщицы все не было.
Я продолжал рассматривать деда. По многим мелочам я догадался, что дед не алкаш, он просто старый измученный бедностью и старостью человек. И еще я просто явно почувствовал, что дед стесняется теперешнего своего положения за чертой бедности.
К корзине подошла продавщица.
Дед робким шагом двинулся к ней.
Я то же подошел к ней.
Дед подошел к продавщице, я остался чуть позади него.
- Хозяюшка….милая, а сколько стоит одна веточка Мимозы,- дрожащими от холода губами спросил дед.
- Так, а ну вали от сюдава алкаш, попрошайничать надумал, давай вали, а то….прорычала продавщица на деда.
- Хозяюшка, я не алкаш, да и не пью я вообще, мне бы одну веточку….сколько она стоит?- тихо спросил дед.
Я стоял позади него и чуть с боку. Я увидел, как у деда в глазах стояли слезы…
- Одна, да буду с тобой возиться, алкашня, давай вали от сюдава, - рыкнула продавщица.
- Хозяюшка, ты просто скажи, сколько стоит, а не кричи на меня, -так же тихо сказал дед.
- Ладно, для тебя, алкаш, 5 рублей ветка,- с какой-то ухмылкой сказала продавщица. На ее лице проступила ехидная улыбка.
Дед вытащил дрожащую руку из кармана, на его ладони лежало, три бумажки по рублю.
- Хозяюшка, у меня есть три рубля, может найдешь для меня веточку на три рубля,- как-то очень тихо спросил дед.
Я видел его глаза. До сих пор, я ни когда не видел столько тоски и боли в глазах мужчины.
Деда трусило от холода как лист бумаги на ветру.
- На три тебе найти, алкаш, га га га, щас я тебе найду,- уже прогорлопанила продавщица.
Она нагнулась к корзине, долго в ней ковырялась…
- На держи, алкаш, беги к своей алкашке, дари га га га га, - дико захохотала эта дура.
В синей от холода руке деда я увидел ветку Мимозы, она была сломана по середине.
Дед пытался второй рукой придать этой ветке божеский вид, но она, не желая слушать его, ломалась по полам и цветы смотрели в землю…На руку деда упала слеза…Дед стоял и держал в руке поломанный цветок и плакал.
- Слышишь ты, сука, что же ты делаешь? – начал я, пытаясь сохранить остатки спокойствия и не заехать продавщице в голову кулаком.
Видимо, в моих глазах было что-то такое, что продавщица как-то побледнела и даже уменьшилась в росте. Она просто смотрела на меня как мышь на удава и молчала.
- Дед, а ну подожди, - сказал я, взяв деда за руку.
- Сколько стоит твое ведро? Отвечай быстро и внятно, что бы я не напрягал слух,- еле слышно, но очень понятно прошипел я.
- Э….а…ну…я не знаю,- промямлила продавщица
- Я последний раз у тебя спрашиваю, сколько стоит ведро!?
- Наверное 50 гривен, - сказал продавщица.
Все это время, дед не понимающе смотрел то на меня, то на продавщицу.
Я кинул под ноги продавщице купюру, вытащил цветы и протянул их деду.
- На отец, бери, и иди поздравляй свою жену, - сказал я
Слезы, одна за одной, покатились по морщинистым щекам деда. Он мотал головой и плакал, просто молча плакал…
У меня у самого слезы стояли в глазах.
Дед мотал головой в знак отказа, и второй рукой прикрывал свою поломанную ветку.
- Хорошо, отец, пошли вместе, сказал я и взял деда под руку.
Я нес цветы, дед свою поломанную ветку, мы шли молча.
По дороге я потянул деда в гастроном.
Я купил торт, и бутылку красного вина.
И тут я вспомнил, что я не купил себе цветы.
- Отец, послушай меня внимательно. У меня есть деньги, для меня не сыграют роль эти 50 гривен, а тебе с поломанной веткой идти к жене не гоже, сегодня же восьмое марта, бери цветы, вино и торт и иди к ней, поздравляй.
У деда хлынули слезы….они текли по его щекам и падали на плащ, у него задрожали губы.
Больше я на это смотреть не мог, у меня у самого слезы стояли в глазах.
Я буквально силой впихнул деду в руки цветы, торт и вино, развернулся, и вытирая глаза сделал шаг к выходу.
- Мы…мы…45 лет вместе… она заболела….я не мог, ее оставить сегодня без подарка, - тихо сказал дед, спасибо тебе...
Я бежал, даже не понимая куда бегу. Слезы сами текли из моих глаз…

Группа: Участники
Сообщений: 0
Добавлено: 11-01-2007 23:00


Жалко Уродливого. А наших стариков ещё больше жалко !


Мой рассказ.

"Пантелеймон".

Соседский мальчик Серёга был жутко добр и чуток душой.
Он тащил на пятый этаж всех уличных котов и ласково кормил их на лестничной площадке.
Мать его только головой качала, но молока и белой булки давала каждый раз Серёге безотказно.
Однажды от принёс домой брошенного котёнка, серого, невзрачного и в слезах упращивал мать позволить оставить котика насовсем. Сбылась мечта Серёги и котёнок остался жить в доме.
Назвали его Пантелеймон. То-ли Пантюха помнил свою горемычную босяцкую долю, то-ли характер у него такой оказался, а может и имя помогло, но был Пантелеймон жуткий альтруист.
Однажды поднимаюсь на свой этаж (а мы с Серёгой были соседями по лестничной клетке) и вижу :
сидит на площадке Пантюха , а рядом с ним два облезлых котёнка. Один величиной с мужской кулак, а другой чуть постарше. По ним видно - голодные, просто жуть, и ничьи.
Пантелеймон внимательно посмотрел на меня, потом оглядел котят.
Я ему говорю "Сейчас, Пантюха, я им дам поесть" и зашла в свою квартиру.
Пантелеймон чинно присел на краю лестничной клетки, а котята остались поближе к двери.
Посмотрев в холодильнике, я обнаружила "любительскую" колбасу и вынесла котятам и Пантюхе три куска. По куску на нос.
Котята, увидев колбасу, потеряли последний ум. Вытаращив глазёнки и толкаясь, пытались ухватить ближний кус первыми.
"Ребята, ребята, каждому свой кусок!"- сказала я.
Большенькому отложила чуть в стороне от малого.
Он с рыком накинулся и жадно стал глотать куски, почти не пережовывая. А малый видно был глуп, да и кусать от больших кусков колбасы ему в жизни не приходилось, и не зная что делать, он с ором бегал вокруг моей руки и ждал, пока я оторывала кусочек за кусочком, которые он сразу жадно проглатывал.
Третий кусок я положила около Памтелеймона и сказала "Это тебе!".
Он всё понимал ! Даже не подошел к этому куску, а только нежно смотрел на котят, пока они доедали нежданный обед.
Сердце щемило от этой картины, да и запомнила я её навсегда.
Ещё двух котят мама Серёжке приютить не разрешила и Пантелеймон увёл их на улицу.
Хороший был кот, очень добрый. Вскоре он на улице попал под машину... Все в подъезде очень жалели о смерти Пантюхи !



Группа: Участники
Сообщений: 149
Добавлено: 11-01-2007 23:37
Matrix, эт нечестно. Ты этот рассказ выставил раньше, чем я его нашел
Он на анекдот.ру был опубликован примерно на неделю раньше, чем история про уродливого. Я его сохранил, но после генеральной уборки на винте не смог сразу найти...
В любом случае, респект тебе

Группа: Администраторы
Сообщений: 8493
Добавлено: 11-01-2007 23:52
Ребята...... радуйтесь, вы на одной волне.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 11-01-2007 23:59
Он на анекдот.ру был опубликован

и не только он у меня уже давненько.
да ,и он не только про меня,но про каждого из нас

Ребята...... радуйтесь, вы на одной волне.

думаю не только с третьяковым и я бы сказал на волнах.

ребята вы замечательные

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 00:01
ну скажите, кто нибудь плакал? или я один такой сентиментальный?

Группа: Участники
Сообщений: 0
Добавлено: 12-01-2007 00:05
Товарисч ! Ты не один !!!

Группа: Участники
Сообщений: 149
Добавлено: 12-01-2007 00:59
Ну я плакал. Четыре раза про кота и шесть раз про дедульку. Читать еще раз немного боюсь, а то будет пять раз про кота и семь раз про дедульку. Это все слишком близко - у меня так же на руках умирала любимая кошка, я тоже видел таких старичков. Это все, увы, слишком близко...

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 01:33
вот после таких рассказов вдруг понимаеш что мир обречён,слёзы так и катятся. это слишком близко?это внутри нас,только не все могут с этим справиться.
увы и жаль...бесконечно жаль

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 01:40
Два сердца - одна душа
Дезире
Она встала и подошла к окну, разбуженная громким стуком по стеклу. Это бились и стекали крупные капли дождя. И казалось, будто кто-то пытается достучаться до её сердца. Дверь балкона была не заперта. Она хотела её закрыть, но свежесть июльской ночи, окутывавшая своим дыханием, манила и завораживала. Она сделала робкий шаг и отдёрнула ногу, поёжившись от сырости. Тепло огня, догоравшего в камине, звало вернуться в тёплую пастель. Простояв несколько минут в нерешительности, босая, она вышла на балкон и сразу же оказалась во власти царившего вокруг безмолвия. Луна, то, появляясь из-за туч, то, скрываясь за ними, плыла, скрывая во мраке тайны её сердца. Дождь тёплыми каплями растекался по её телу, лицу, волосам. Лёгкий ветерок ласкал её кожу, шептал ей что-то на ухо, щекотал, обволакивал своей нежностью, напоминая до боли знакомые прикосновения и объятия. Она подняла голову, подставляя лицо дождю. В этот момент ей показалось, что кто-то неведомый следит за ней. Она открыла глаза и стала пристально вглядываться в темноту. И вдруг на беззвёздном небе стали ясно вырисовываться глаза, большие, зелёные и безумно одинокие... Точно дождь превращался в слёзы, катившиеся из этих глаз... "Возможно, где-то, как и здесь идёт дождь.... И кто-то грустно бродит под этим дождём, такой же одинокий, как и я... " - подумала она, рисуя в мыслях образ человека.
Он шёл по пустынным улицам, наугад выбирая маршрут. В его голове крутились сотни мыслей и все сводились к одной - найти её. В такие часы, когда на улицах не было ни души, он чувствовал себя свободным. Свободным от всех условностей, предрассудков, страхов. Он мог быть просто самим собой... Вот почему он так любил дождь. Дождь, которого он считал своим единственным другом, который никогда не задаёт лишних вопросов, который просто рядом в нужную минуту. Он остановился и посмотрел на тёмное небо. Лунный свет сквозь тучи высветил небольшой участок мглы. И постепенно стали вырисовываться неясные очертания : волосы, слегка скручивающиеся в локоны; глаза, большие и бездонные, как океан; ресницы, брови, губы... Он почувствовал лёгкое головокружение и закрыл глаза. Капли дождя стекали по его лицу, превращаясь в слёзы, или слёзы струились по щекам, превращаясь в дождь... Он открыл глаза, но единственным предметом на небе была далёкая луна. Он беспомощно протянул руки, как бы пытаясь вернуть недавнее видение... Но тщетно сжимал в своих объятиях холодный воздух...

Она стояла, промокшая, устремляя взгляд в небо. Внезапно она почувствовала лёгкое прикосновение, как будто кто-то сначала взял её за руку, а потом обнял. Несмотря на пронизывающий ветер, она не чувствовала холода. Она ощущала теплое дыхание на плечах, щеках, губах. Словом она чувствовала его присутствие. У неё вообще было обострённое шестое чувство. Она всегда знала, когда в её жизни произойдёт что-то значительное. Обычно в этот день она просыпалась в особом расположении духа : ей всё казалось другим, необычным и постоянно замирало сердце и захватывало дух, как от качели. Это была одна из тех вещей, которые никто не мог объяснить. Она часто интуитивно шла к двери и открывала её прежде, чем посетитель успевал позвонить. Слышала звонок телефона за несколько секунд раньше настоящего звонка. Иногда даже могла угадывать мысли других людей и заканчивать фразы. Вот и сейчас к ней вернулось это предчувствие - предчувствие чуда.

"Габриэлла!" - услышала она встревоженный голос своей матери. - "Габриэлла! Ты же простудишься!"

"Который час?" - спросила она, медленно повернувшись.

"Почти четыре утра. Ты давно здесь стоишь?"

"Не знаю... Я не смотрела на часы... Скоро рассвет. Он здесь особенно красивый, правда мам?"

"Правда то, что ты можешь схватить простуду! Да ещё босиком!!! С ума сошла! Марш домой!"

"Мам, я уже не ребёнок", - сказала она, повинуясь.

Пока она принимала горячую ванну, Оливия принесла ей чай с малиной и грелку в ноги. Габриэлла легла в кровать. Температура оказалась нормальной.

"Это просто чудо, что у тебя нет жара! Стоя всю ночь под проливным дождём, ты могла схватить воспаление лёгких! Твой Ангел-Хранитель спас тебя!" - сказала Оливия.

"Да, мам... " - ответила Габриэлла, загадочно улыбаясь. Потому что только ей одной известно, кто был в эту ночь её Ангелом-Хранителем...

"Не говори никому... Будут беспокоиться... Напрасно... "

"Хорошо... Но я бы позвала врача... "

"Не нужно! Со мной всё в порядке! Спокойной ночи!"

"Спокойной ночи!"

Успокоившись, что дочь в порядке, Оливия ушла к себе. Но спать Габриэлле не хотелось совсем. Она зажгла ночник и достала свою старую тетрадь. Как давно она не писала стихов!!! Учёба, работа, переезд... Всё это так отдалило её от поэзии. Наугад она открыла страницу и стала читать.


"Дождь и Ты"

Дождь за окном. Ты его любишь и ждёшь.
Дождь за окном. Ты где-то бродишь.
Вместе с дождём в сны мои снова придёшь.
Вместе с дождём ты меня вспомнишь.
Дождь за окном. Звуки шагов в темноте.
Дождь за окном и мне не спится.
Вместе с дождём вспомню я о тебе.
Вместе с дождём всё возвратится.
Дождь за окном. Вечер так одинок.
Дождь за окном - грусти не надо.
Вместе с дождём от меня так далёк.
Вместе с дождём ты где-то рядом.
Дождь за окном - самый строгий судья
Тихо шепнёт : "Всё так, как вышло... "
Вместе с дождём обнимаю тебя.
Вместе с дождём отпускаю неслышно...


Он перечитывал вновь и вновь наизусть заученные строки, прижимая к груди тетрадь. Как дороги они ему были!!! Эти отрывки воспоминаний... В эти моменты он мысленно возвращался в прошлое, исправлял ошибки, переживал всё заново... А потом возвращался в реальный мир, полный лжи, одиночества, подлости. Ему так хотелось тепла, нежности, заботы, ласки. Почувствовать себя вновь кому-то нужным, любимым, словом, счастливым. Он лежал и молча смотрел в потолок до тех пор, пока сон не сковал его уставшее тело. Он проснулся и посмотрел на часы. Был полдень. Он стал смутно вспоминать вчерашнюю ночь, но головная боль не оставляла шанса. Странно, он даже не помнил, как добрался до кровати... Он медленно встал, вышел на балкон и закурил. Всё тело ныло как от простуды. Постепенно в голове стала выстраиваться цепь происшедших в последнее время событий : постоянная смена городов, стран. Всё это можно было бы назвать просто путешествием, если бы не конкретная цель, ставшая почти навязчивой идеей - найти, найти её, своё счастье, ворваться незваным гостем в её уютный мирок, искренний и чистый как слеза...

Он сидел и смотрел на проезжающие мимо машины, на спешащих прохожих. Потом принял ванну, спустился вниз, выпил в ресторане отеля чашку крепкого кофе, вышел на улицу и взял такси до аэропорта. Он долго стоял перед светящимся табло, выбирая следующий рейс. 18:00 - Прага. Держа в руках свою мечту, он почувствовал какое-то спокойствие и лёгкость. Быстро вернувшись в отель, он собрал вещи, рассчитался с портье и поторопился в аэропорт. Ещё один город позади, ещё одна разбитая надежда... Вильнюс, Рига, Таллинн,

Варшава, Вена, Мюнхен, Будапешт, Париж, Женева.... Можно исписать целый дневник туриста, столько наблюдений скопилось. В салоне самолёта он позволил себе вздремнуть. Все аэропорты теперь как один казались ему похожими друг на друга. Та же суета, толпы туристов, носильщики, ожидающие.

Было раннее утро. Взяв себе чашку кофе и устроившись поудобнее в кресле, он стал наблюдать за окружающими, как обычно во время получения багажа. Объявили о прибытии рейса из Рима. И вдруг в зале ожидания взволнованно поднялась со своих мест целая семья. Навстречу им шла молодая семейная пара. Со слезами на глазах они крепко обнимали друг друга, что-то торопливо рассказывали, смеялись. И эта искренняя радость передалась и ему, и его лицо озарилось по-детски наивной улыбкой : когда-то и ему были знакомы эти людские радости... В другом конце зала неподвижно сидели две фигуры. Парень в дорогом костюме и девушка в изящном лёгком платьице. Объявили посадку. Она судорожно вцепилась в него руками и горький плач разорвал тишину. Он гладил её по голове, целовал её руки, плечи, щёки, глаза, шептал её что-то на ухо, но от этого напряжение усиливалось ещё больше. Наконец он встал, она сделала попытку подняться, но ноги не слушались её. Он бережно поднял её на руки и понёс к выходу. Они стояли подобно двум деревьям с переплетёнными ветвями и, казалось, пытались впитать эти последние моменты душевной близости... Он медленно пошёл к выходу неуверенной походкой, пошатываясь. Двери задвинулись за ним, навсегда разъединив их судьбы. Она медленно опустилась на холодный пол, в её стеклянных глазах всё ещё отражалась его отдалявшаяся фигура...

Он, опершись на кулак, пристально следил за каждым движением их рук, губ, глаз... И чувствовал как постепенно щека становилась влажной... Он думал о многом : о том, когда он был ребёнком, о теплоте материнских глаз, о своём первом робком признании в любви, о разбитых надеждах, о потерях, о постоянных поисках собственного Я... о том, что он стал изгоем для самого себя, для окружающих. Его никто не ждёт и никто не провожает, и никто не боится потерять... Почему так случилось? Что он сделал не так? На эти вопросы мог дать ответ только один человек. Минуты тянулись как часы. Кто-то тронул его за плечо : "Ваш багаж". Он открыл глаза и увидел служащего. "Да. Спасибо", - ещё не разогнав дремоту, он медленно поплёлся за небольшой сумкой, составлявшей все его вещи. Он сел в такси и приказал отвести его в приличный отель.


На следующее утро Габриэлла проснулась поздно, после ночного приключения ей не хотелось вставать. Она вновь и вновь перебирала в памяти происшедшее. Устав, наконец, от бесплодных терзаний, она села и стала вслушиваться в голоса за окном. Оливия как всегда собирала цветы в саду и разговаривала с садовником. Как прекрасен был их сад благодаря заботам её матери!!! Оливия часами могла заниматься цветами, поливая их, пересаживая или просто разговаривая с ними. И в благодарность они благоухали круглый год. Габриэлла сама часто любила уединяться там и думать о чём-нибудь далёком и таинственном.

С букетом бархатных роз Оливия осторожно заглянула в комнату к дочери.

- С добрым утром, котёнок!

- С добрым утром, мамуля! Какие красивые розы!!! Мои любимые!!! Спасибо!!!

- Как ты спала? Голова не болела? Не мёрзла?

- Нет мам, не беспокойся. Всё в порядке. Вот только уснула я не сразу.

- Что-то беспокоило?

- Нет. Просто не хотелось... Я перечитывала свои старые стихи...

- Да. Ты давно ничего не писала. Почему?

- Не знаю. Нет вдохновения, - она тихонько засмеялась.

- Но ведь у тебя началась новая жизнь! Ты знакомишься с новыми людьми! Ты ведь так мечтала жить в Париже!

- Я знаю. Я счастлива! Просто... не пишется.

Оливия присела на кровать и обняла дочь.

- Ты всё ещё надеешься его встретить?

- Кого его? - притворившись, что не поняла о ком идёт речь, спросила Габриэлла.

- О нём. Не пытайся обмануть меня и себя.

- Нет мам. Он для меня лишь приятное воспоминание. Я уже и лица его не помню. Столько времени прошло... Я не думаю об этом.

- Ты ведь сама поставила точку. Жалеешь?

- Жалею... О чём? Не возможно потерять то, чего не имеешь. Я столько раз пыталась разорвать нить, связывавшую нас... Честно говоря, не думала, что мне это удастся. Но я сделала правильный выбор. Действительно, впереди у меня новая жизнь и новые люди.

- Может, вы ещё встретитесь... когда-нибудь...

- Нет. Если только во сне. Он не найдёт меня. Прошло уже 2 года.

- Ну ладно. Вставай. Завтрак ждёт тебя.

После завтрака Габриэлла решила погулять по старым улочкам Парижа. Особенно по воскресеньям она так любила неторопливо бродить по скверам или авеню, заходить в антикварные магазины, костёлы, посидеть в летней кафешке. Парижане, как ей казалось, ничем не отличались от жителей Праги. Та же размеренность, те же пёстрые толпы туристов, тот же сказочный мир надежд. Вот только переулки казались ей какими-то одинокими и незнакомыми. Она скучала по своей Праге. Там ей всё было знакомо до мелочей... А здесь... Два года не смогли развеять её ностальгию по прошлой жизни. А, может, это была ностальгия по несбывшимся мечтам... Но сейчас она была уверенна, что в её жизни уже начался новый, долгожданный период. Колесо запущено, и ничто не сможет остановить его. Она чувствовала это всем своим телом, каждой клеточкой сердца, каждым уголком души. И от этого она чувствовала лёгкое головокружение, как в детстве от карусели... Она зашла в своё любимое летнее кафе и сделала свой обычный заказ : чашечку капучино и порцию мороженного. Она думала о том, сколько времени утекло, как все и всё изменилось. Интересно, а изменился ли он? Или остался прежним? Таким же непредсказуемым, не признающим правил...

Изменилась ли она? - размышлял он, неторопливо допивая свой кофе. - Где она сейчас? Какая стала? Может, ездит на дорогих машинах, посещает высокие дома моды... А, может, осталась прежней наивной Габриэллой, живущей в своём придуманном мире. Он представлял её в разных образах и каждый раз она представлялась ему ещё более притягательной. Узнают ли они друг друга, если столкнутся на улице или пройдут мимо? Эта мысль не давала ему покоя. Второй раз он возвращался в Прагу с тех пор, как искал её. В первый раз никто и ничто не смогли ему помочь. Он вспоминал все свои попытки. Это было ровно год назад. Стоял такой же разноцветный июль, как и сейчас. Он только что прибыл первым рейсом из Нью-Йорка. Было раннее утро, часов шесть. Он расположился в забронированном номере отеля, выпил чашечку кофе и помчался по знакомому адресу, купив по дороге букет пышных роз. Полный надежд, он позвонил в дверь. Маленькая девочка смущённо смотрела на него из-под густых ресниц. Его сердце сжалось в предчувствии чего-то нехорошего. В этот момент к двери подошла молодая женщина и вопросительно посмотрела на него.

- Габриэлла дома? - спросил он неуверенно.

- Простите, молодой человек, но прежние жильцы съехали.

- Как давно? - спросил он дрожащим голосом.

- Около года.

По всему его телу пробежала мелкая дрожь...

-А вы не знаете их новый адрес... или... может... хотя бы телефон?..

-Нет. Единственное, что я знаю, это то, что они уехали из страны. До свидания.

-До свидания.

Он повернулся и как в тумане поплёлся прочь. Только в калитке обернулся и пристально посмотрел на окна, в которых, как ему казалось, загорелся чужой, холодный свет. Он воткнул букет в ворота и поймал такси до отеля. Там он достал старую записную книжку и стал звонить по всем номерам. Но везде получал отрицательный ответ. Но хоть кто-то же должен знать о ней хоть что-нибудь. Он вышел на улицу и стал заходить во все магазины, кафе, парикмахерские, спортклубы... Расспрашивал продавцов цветов, мелких лавочников : сейчас ему пригодится любая мелочь. Семь дней до поздней ночи он тщетно пытался ухватится за конец нити, которая должна была привести его к ней. Но не узнал даже страну, в которую она переехала. За эти дни он похудел, осунулся... После очередной неуспешной прогулки он вернулся в отель, рухнул в номере на кровать и безудержно заплакал, как ребёнок. Возможно, в первый раз в своей жизни он не стыдился своих слёз, иссушив их до дна. Он заказал в номер бутылку вина и выпил её. Затем заказал вторую, третью... Весь следующий день он пролежал, размышляя, что ему делать дальше. Не найдя правильного выхода, он поплёлся в душ. Холодная вода привела его в чувства, освежила голову. Он в последний раз прогулялся по Праге перед отлётом в Штаты. Тёмная ночь встретила его в Нью-Йорке. Неслышно он пробрался в свою комнату и уснул не раздеваясь. Наутро все удивлённо смотрели на его внезапный приезд, такой же, как и отъезд. Через час он уже был у хорошего знакомого своего отца. Этот знакомый имел частную розыскную фирму. Выслушав рассказ Эллао, он сделал соответствующие записи и обещал извещать по мере продвижения. Немного успокоенный, Эллао вернулся к обычному распорядку жизни. Через неделю он услышал долгожданный телефонный звонок. Вихрем Вихрем ворвался он в кабинет и нетерпеливо уставился на средних лет человека с проседью в волосах, но статного и красивого.

-Здравствуй, Эллао! Как поживаешь? Вижу, посвежел с нашей первой встречи.

-Здравствуйте! Да, выспался за последнее время. Ну что? Какие у вас новости для меня?

-По данным, которые ты мне дал, я нашёл десять девушек, похожих на твою подругу. Но, к сожалению, в базе данных сведений о них оказалось чрезвычайно мало. Так что точно определить среди них девушку, которую ты ищешь, боюсь, будет практически невозможно. Я сделал всё, что от меня зависело.

-Мне этого вполне достаточно! - воскликнул Эллао. - Я найду её!

-Удачи!!! Душой и сердцем я с вами!!!

Он выскочил на улицу с адресами, которые дал ему детектив. По одному из них живёт она! Откуда начать? Такие разные страны... Он поехал в аэропорт и спросил куда был ближайший рейс. Решено. Вена. Наскоро собрав всё необходимое, пройдя регистрацию, он уже сидел в салоне самолёта, летящего в Вену. Отдохнув сутки в отеле, он поехал по отмеченному адресу. Пару минут он простоял в нерешительности. Наконец, нажал на звонок. Спустя какое-то время за дверью раздались шаги. Он увидел перед собой старушку в смешном розовом чепчике, с очками на носу.

-Габриэлла здесь?

Она что-то залепетала на немецком. И по её недоумённому виду он понял, что Габриэллой звалась эта хозяйка. Он вручил ей букет цветов и вышел из подъезда. До поздней ночи он слонялся по центру, разглядывая витрины магазинов. Утром он летел в Ригу. Там он зашёл в пять домов, где проживали Габриэллы. Но либо это были совсем ещё девочки, либо девушки, но совсем не те. В след за Ригой были Таллинн, Вильнюс и множество других городов и столиц разных стран, но нигде не было той Габриэллы, которую он знал. Наконец, последним пунктом в этой длинной цепочке был Париж. Огромный город, сотни домов, похожих друг на друга... Он объездил все адреса... Он даже заходил в дома по соседству и напротив. Находился внутри многолюдной толпы и в пустых переулках, утром, днём, вечером, ночью... Снова Нью-Йорк принял его в свои объятья. 25 декабря. Рождество. Снег большими хлопьями неуклюже падал на землю. Повсюду сверкали разноцветные гирлянды, светились неоновым светом вывески. Город находился в предвкушении праздника. Полгода его не было здесь. Он с грустью смотрел на пары, гулявшие в обнимку, на шумную детвору, катающуюся на катках... Весь следующий день он не выходил из комнаты : пересматривал фотографии, перечитывал стихи... "Она должна где-нибудь печататься!" - неожиданно пришла ему в голову мысль. Он быстро собрался и побежал в Интернет-кафе. Всю ночь он искал под возможным псевдонимом её на всех сайтах, форумах, даже в чатах. Всю зиму он переписывался со всевозможными Габриэллами, пока не отказался от этой затеи.

Начиналась ранняя весна со своими тёплыми дождями. Он опять начал писать. Писал всё : книги, стихи, тексты песен, музыку. Собрал группу, стал писать альбом. Хотя бы в эти часы он старался не думать о ней. Многие девушки старались опутать его сетями, но они были для него развлечением на пару дней. В каждой он искал что-то похожее на неё : черты лица, манеры, разговор, ход мыслей... И каждый раз убеждался, что она одна такая в этом мире и что только она ему нужна. Он вновь достал потрёпанную тетрадь и нашёл то самое стихотворение.


"Ты мне нужен"

Ты мне нужен, как крылья птице!
Ты мне нужен, как воздух людям!
Ты мне нужен, как почве водица!
Мы ведь вместе с тобой будем?
Без тебя моя жизнь - мука!
Без тебя мне и праздник - скука!
Будешь рядом - согреюсь в стужу!
Ты мне нужен! Ты мне нужен!



Её стихи, фотографии - единственное, что осталось в память о ней.

Наступило утро 25 марта. Ясное солнечное утро. На год старше. Он не знал, радоваться или грустить? Целый год прошёл впустую. Если бы время можно было остановить, повернут

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 01:42
Если бы время можно было остановить, повернуть вспять... Тогда, наверное, все были бы счастливы и всё было бы слишком просто, а может даже жить было бы скучно. Люди совершали бы всякие поступки, даже скверные, а потом возвращались бы в прошлое и начинали жизнь заново. Нет. Это было бы постно. Жизнь для того и дана, чтобы мы взвешивали все за и против прежде, чем решиться на что-либо; обдумывали все слова, которые собираемся сказать; ценили каждый момент, прожитый с любимыми и близкими людьми и ценили людей, которые находятся рядом с нами. Но, к сожалению, это начинаешь понимать, лишившись всего этого. Так уж устроен наш мир и так устроен человек. Он думал обо всём этом лёжа в кровати и не заметил, как в комнату вошла мама. Он заметил её присутствие только тогда, когда она отдёрнула шторы и комната наполнилась солнечным светом.

-Мечтаешь? - ласково спросила она его.- В твои годы я тоже любила мечтать. Молодость тем и прельщает, что веришь в свои мечты, считаешь, что можешь перевернуть весь мир, достичь небывалых высот... У кого-то это и впрямь получается, а кто-то остаётся романтиком по жизни.

-А о чём ты мечтала?

Она присела на кровать и погладила его по голове : "Раньше у людей были другие мечты, другие идеалы... "

-Например?

-Например?.. Я мечтала получить высшее образование, устроиться на хорошую работу, иметь семью. Для многих это огромное счастье. Это сейчас люди ищут неизвестно чего.

-Каждый ищет счастья, просто по-своему, как может...

-А у тебя получилось?

-Что получилось?

-Ну... твои мечты... они все осуществились?..

-Конечно нет. Но у меня есть ты, наша семья. И если мне предложили бы начать жизнь заново... я, возможно, многое бы изменила, но без вас я не мыслю своей жизни!

Они обнялись крепко-крепко, как в те времена, когда он был ещё малышом.

-Сегодня твой День Рождения, а ты грустишь. О ком?

-Не о ком.

-Я же вижу. Ты можешь скрыть ложь от кого угодно, но только не от родной матери. Ты не нашёл её?

-Нет...

-Может она сама найдёт тебя, как раньше?

-Только не теперь...

-А что изменилось?

-Всё... Она... Я... Она не простит...

-Чего?..

-Моей трусости, предательства...

-Но прошло много времени, страсти улеглись.

-Но она не появилась... Раньше, даже если мы редко общались или вздорили, она на каждый праздник присылала открытки. А теперь...

-Проверь почту! А вдруг!

-Вчера ночью проверял ничего нет...

-Тогда не тешь себя надеждами. Забудь её.

-Не могу. Не хочу.

-Я не хочу, чтобы ты грустил в свой День Рождения! Умойся, прогуляйся, вечером придут гости. Я зашла поздравить тебя!

-Спасибо, мам!

Он ещё полежал в кровати, обдумывая их беседу. Потом умылся, позавтракал и ушёл. Он долго бродил по Нью-Йорку, через каждые полчаса заходил в Интернет-кафе, находившиеся по близости. Но поздравлений от неё так и не было. Вечером собралась шумная кампания, все поздравляли. Но под конец вечера он оставил гостей и ушёл. В сотый раз проверив почту и найдя ящик пустым, он открыл папку, где хранились все её письма, открытки, фотографии. Он перечитывал их вновь и вновь.

Наступил апрель. 13 число. Где она? С кем справляет свой праздник?

Помнит ли о нём? Ждёт ли поздравлений так же, как и он? Он оделся и пошёл в кафе. Целый час выбирал открытку, написал в ней стихотворение, которое сочинил этой ночью и отправил по старому адресу. А несколькими часами позже письмо вернулось обратно, потому что такого адреса не существует. Весь этот день он решил посвятить только ей. Он вспомнил их знакомство, первый разговор, первую встречу. Он вспомнил всё, до мельчайших мелочей. А помнила ли она об этом или навсегда стёрла в памяти воспоминания о нём? Как бы то ни было, он не винил её ни в чём. Всю вину за происшедшее он по праву взял на себя. Если бы он был стойким в тот момент... сейчас они бы вместе смеялись, шутили или просто уединились бы вдвоём...

Как один день пронеслась мимо весна. Наступило лето, которое он не особо любил. Жизнь шла своим чередом, давая безмолвные ответы на людские вопросы. Он решил уехать на время, обдумать, как жить дальше. Женева оказалась поистине прекрасным городом. Находясь на границе двух европейских государств, она впитала в себя всё лучшее этих стран. Прозрачное озеро, обрамлённое цепью снежных гор; аккуратные домики с красной черепицей и небольшими садиками с кустами жасмина вдоль дороги; узкие, тихие улочки между этих домов - рай для туриста. Впервые он бродил по городу, просто рассматривая достопримечательности. Для него это было так непривычно, что волей-неволей он оборачивался по сторонам в надежде увидеть знакомый взгляд. Неделю он провёл в горах, наслаждаясь горным воздухом, прогулками на лыжах и одиночеством. Это не было то угнетающее одиночество, которое он обычно испытывал в последнее время. Нет, это было единение с самим собой, со своими мыслями... Сейчас ему никто и ничто не мешало признаться в том, в чём он боялся признаться себе.

Неделю спустя, он перебрался поближе к озеру. Как раз начались дожди, и он целыми днями и ночами слонялся без дела. Он, возможно, и остался бы там ещё на какое-то время, если бы не та загадочная ночь, заставившая его вновь почувствовать тепло её глаз. И тогда он решил начать свои поиски с самого начала, с самого истока.

Он пил свой наполовину остывший кофе в пражском отеле, в том самом, в котором остановился в прошлый раз. Он ещё раз прокрутил в голове ленту событий двухлетней давности и почувствовал себя маленькой лодкой, заблудившейся в безбрежном океане...


Габриэлла вернулась домой позднее обычного. Солнце давно зашло за горизонт, а она всё любовалась панорамой сумрачного города. Она не взяла такси, а решила прогуляться через весь город.

-Ты как раз успела к ужину, - услышала она голос отца, открывающего ей дверь.

-Аппетитный запах маминых блюд укутал весь Париж, - сказала Габриэлла смеясь. Она прошла в комнату и обнаружила на столике большой конверт.

-Это приглашение от Союза Писателей на творческий вечер, который состоится через неделю, - сказала Оливия, заходя в дверь. - Я так рада!

-Это приятный сюрприз! - воскликнула Габриэлла. - Надо подумать, что надеть.

-Только сначала поужинай. Как прогулка? Ты задержалась. Кого-нибудь встретила?

-Нет. Просто забыла о времени, - она грустно улыбнулась.

После ужина она стала перечитывать все стихи : свои и его. Как давно это было... Она закрыла глаза и предалась воспоминаниям. Это был канун Нового года. Как всегда улицы пестрели разноцветными гирляндами из огней и шаров, витрины магазинов манили разнообразием товаров. И вот в одном из таких магазинов Габриэлла выбирала подарки для своих родных. В отделе сувениров к ней подошёл парень и попросил помочь выбрать подарок для своей девушки, ссылаясь на неопытность консультантов.

-Добрый вечер! Вы не могли бы мне помочь?

-Конечно, если это в моих силах, - улыбнулась Габриэлла.

-О! Я буду благодарен. Я никак не могу выбрать подарок своей девушке.

-Обычно в таком случае я прошу совет консультантов.

-Обычно я тоже. Но сегодня они не смогли мне помочь.

-Я постараюсь... А что она любит?

-Я не знаю. Я только сегодня с ней познакомился.

-И уже зовёте её своей девушкой? - засмеялась Габриэлла. - А она об этом знает?

-Пока нет. Вот готовлю сюрприз.

-У вас завидная самоуверенность.

-А у вас очаровательная улыбка!

-Спасибо! - сказала Габриэлла, смущаясь. - Но перейдём к вашему подарку. Может, вы примерно знаете...

-Давайте сделаем так. Вы выберете на свой вкус то, что вам больше всего нравится.

-Но, может, ей это не понравится.

-Понравится. Вам лучше знать, что любят девушки. А я могу помочь вам выбрать подарок вашему парню.

-У меня нет парня.

-Не может быть. У такой девушки нет парня?! Я не верю!

-И тем не менее, это так. Как на счёт сувенира?

-А что бы вы хотели получить в подарок?

-Я очень люблю сувениры. Я всегда мечтала о стеклянном шаре с домиком внутри. И когда его переворачиваешь - идёт снег... Вот как этот! - она указала на сувенир, который в точности описала только что. - Я думаю ей должно понравится!

-Я в этом уверен! - сказал он улыбаясь. - Хотите я провожу вас до дому и помогу с покупками?

-Хочу.

Они шли по улице весело болтая, как будто знали друг друга не каких-то пару часов, а целую вечность. Наконец, они дошли до дома.

-Вот здесь я живу.

-Так быстро дошли.

-Может зайдёшь?

-Нет, мне тоже пора домой. В другой раз.

-Спасибо!

-Да не за что... А я ведь так и не знаю, как тебя зовут.

-И правда! Габриэлла.

-Какое красивое имя! А меня Эллао.

-У тебя тоже красивое имя и редкое!

-У меня для тебя подарок! - он протянул ей стеклянный шарик со снегом внутри.

-Но... Ведь это... для твоей девушки... - сказала она удивлённо.

-Нет у меня никакой девушки. Просто ты мне понравилась и я не знал, как познакомиться с тобой! Вот и...

-А ты романтик! - она улыбнулась. - Спасибо огромное! Ты исполнил мою давнюю мечту!

-Это тебе спасибо за то, что я нашёл тебя! Это ты осуществила мою мечту! С Новым годом! - он поцеловал её в щёку и пошёл домой. По дороге он катался на катке, играл в снежки с детьми. Словом, он был счастлив!

Габриэлла зашла в дом.

-Что это у тебя в руках такое красивое? - спросила её бабушка.

-Это мой новогодний подарок.

-От кого?

-От Эллао.

-Это твой друг?

-Мы только познакомились...

Она пошла в комнату убрать подарки. Габриэлла взяла в руки свой подарок и потрясла его. Снежок посыпался внутри шарика засыпая крышу дома. Она сидела и смотрела, как медленно падал снег, вспоминая своё необычное знакомство.

-Кому ты это купила? - спросила Оливия.

-Никому. Это подарили мне.

-Кто?

И Габриэлла рассказала про своего нового знакомого. Она не спала до полуночи, прижимая к груди стеклянный шар. В эту ночь она заснула счастливой...

Габриэлла открыла глаза, вытерла слёзы... У неё больше нет этого сувенира. Она случайно разбила его как раз перед их разлукой. Как она плакала тогда, он был ей так дорог! С тех пор она перестала верить в чудеса, даже под Новый год. Хотя специально ходила в магазины сувениров в Сочельник... Она думала о том, помнит ли он их встречу? Воспоминания сами всплывали одно за другим... На следующий день, после их знакомства, 31 декабря, Габриэлла была сама не своя. Подбегала к телефону при каждом звонке, хотя понимала, что он не знает её номер телефона. Бежала к двери, если кто-то звонил и так до самого вечера, пока, наконец, все не сели за праздничный стол. Гостей собралось больше обычного. Все веселились, шутили, смеялись. Без пяти двенадцать раздался звонок в дверь. Габриэлла, находясь ближе остальных к выходу, пошла открывать. На пороге стоял он, весь в снегу, с букетом прекрасных роз. Они стояли одни в огромном зале и молча смотрели в глаза друг другу. Слова были бы лишние в эти минуты... Они слились в поцелуе под бой часов... Земля покачнулась и уплыла из-под ног... Они вернулись в реальный мир лишь тогда, когда все высыпали в холл и засыпали их конфетти и серпантином. Все поздравляли друг друга с Новым годом, желали счастья, обнимались. Потом выбежали на улицу, пускали фейерверк, салют. А они всё стояли, обнявшись, под новогодней мишурой. Весь вечер он не мог отвести от неё глаз. Она была в длинном изумрудном платье с глубоким декольте. Платье оттеняло цвет её глаз, светившихся счастьем...

Она и сейчас представлялась ему именно такой, как в тот вечер. А потом были радостные встречи, долгие разговоры по телефону. Он вспоминал каждую их встречу, гуляя по тем самым местам. Вот фонтан, в котором они плескались, как дети, удивляя прохожих... А вот та самая скамейка, на которой он вырезал их имена... Безлюдная аллея, где они любили гулять долгими вечерами... Теперь он бродит здесь один. Незаметно он вышел на улицу своего старого знакомого и как-то вдруг решил зайти к нему.

-Боже мой! Кого я вижу! Сколько лет, сколько зим!

-Как ты, Том? Не помешал?

-Заходи! Какими судьбами?

-Да вот, решил родину навестить, ностальгия... А ты как? Работаешь?

-Тихо-тихо. Можно сказать по-прежнему. Работаю. В полиграфии.

-А ты? Уехал, ни слова не сказал никому. Рассказывай!

-Да что рассказывать? Живу в Нью-Йорке. Работаю с отцом в миграционной службе переводчиком. Вот решил здесь погостить немного.

-А как Габриэлла?

-Не знаю... - ответил Эллао после минутной заминки. - Я не видел её столько же, сколько и тебя...

-Она приходила сразу после твоего отъезда, спрашивала... Но ты ведь ничего о себе не оставил. А потом она уехала... Думал... вы вместе...

-Не знаешь, куда?

-Нет...

-А ты сейчас пишешь?

-Пишу понемногу...

-Тогда у меня есть для тебя предложение. Через неделю в Париже состоится творческий вечер среди поэтов и писателей. Если хочешь...

-А ты как узнал?

-Мы сотрудничаем с французской полиграфией, они как раз выпускали приглашения, вот и нам отправили тоже. Вот возьми.

-Спасибо!

-Может и её там встретишь. С разных стран съезжаются всё таки...

-Может, может...

Они болтали обо всём до поздней ночи. Потом Эллао распрощался и пошёл в отель. Всю ночь он думал над этим приглашением.


Проснулась Габриэлла рано, привычка с Университета. Габриэлла перешла на четвёртый курс переводческого факультета и знала пять языков. Языки, как и психология, были её страстью. Она практиковалась писать на них стихи и прозу. Она держала в руках приглашение и думала о том, как странно, что ей прислали это приглашение, ведь в последнее время она нигде не печаталась. Может кто-то прочёл её старые произведения?..Наконец, она решила позвонить по указанному номеру. После недолгой беседы выяснилось, что союз искал новые таланты и случайно наткнулся на её страничку. Но она была старой и они бы не нашли её сами, если бы не человек, который подавал на неё запрос в сети. Благодаря такому стечению обстоятельств, талант Габриэллы был отмечен.

Но кто? Кто же так искал её?.. Это мог быть только один человек... Весь день эти мысли крутились в её голове, не давая покоя и доводя порой до головной боли. Наконец, устав от бесплотных мыслей, она решила ждать, что будет. У неё были и другие занятия. Например, надо было придумать в чём пойти на этот вечер. Она стала перебирать свой вечерний гардероб, но не нашла ничего подходящего.

-Вот так всегда! - сказала она с досадой. - Как куда-нибудь идти, так всегда нечего надеть!

-Купи что-нибудь новое, - предложила Оливия.

-Ты тоже так считаешь?

-Ну если тебе ничего не нравится...

-Так и сделаю. Как раз в тот бутик, про который я тебе рассказывала, завезли новые платья. Надо сходить туда.

Весь следующий день она ходила по магазинам, выбирая наряд. В конце концов остановила свой выбор на длинном красном платье, выгодно подчёркивающем её фигуру. С этой покупкой она вернулась домой. Неделя пролетела, как мгновение. 20 июля. Утро. Она проснулась рано, как обычно. "Как странно, - подумала она. - В этот день ровно два года назад мы расстались. А вдруг... встретимся... сегодня... " Она достала из дальнего ящичка стола маленький бархатный футляр в форме сердца, открыла и вынула золотое колечко с бриллиантом... В тот день разносчик принёс ей большой букет цветов с запиской внутри и этот футляр. Это был день их помолвки, а стал днём разлуки... Краткая записка, написанная его рукой, объясняла внезапный отъезд в Штаты. "Прости... Срочные дела... Вернусь не скоро... Если не дождёшься - винить не буду... " Она разорвала её на клочки, выбросила цветы, но кольцо выбрасывать не стала. Она прекрасно понимала, что никаких срочных дел не было. Просто он испугался потерять свою свободу, струсил... Она хотела броситься за ним, требовать объяснений, выплеснуть весь гнев. Она ходила по его друзьям, спрашивала адрес, но никто ничем не мог помочь. Целую неделю она не выходила из адреса, но никто ничем не мог помочь. Целую неделю она не выходила из комнаты, только пила воду. Превратилась в собственную тень. Через неделю он позвонил, сказал, что всё кончено. Потом звонил опять, клялся в любви. Она перестала отвечать на звонки. Он писал электронные письма. Она сменила адрес. Писал бумажные письма - рвала. А через месяц отцу предложили работу в Париже и они быстро переехали. Боясь преследований с его стороны, она никому не оставила своего адреса, даже подругам. Начала новую жизнь. Хлопоты переезда сделали своё дело : она ожила, посвежела. Потом начался учебный год : новые друзья, подруги, преподаватели. Мало-помалу она забывала свой недавний стресс. Учёба занимала всё свободное время, потом снова начала писать. Писала много. Постепенно жизнь опять приняла прежнее русло. Появлялись парни, но не надолго, чтоб скрасить досуг. Она расставалась с ними спокойно, без сожаления. Затем перестала принимать предложения, чтобы не причинять боль ни им, ни себе. На каждый праздник подолгу выбирала открытки для него, писала красивый текст или стихи, посвящённые ему и... отправляла на свой адрес. А потом плакала долгими ночами. Наутро вставала прежней, бодрой, улыбающейся. Так прошли для неё эти два года.



Эллао ехал по незнакомым улицам Парижа. Отдохнув после полёта, он начал собираться. Долго укладывал волосы : причёска не нравилась ему. Такого он не замечал ещё за собой. Приведя себя в полный порядок, он сидел в мягком кресле, теребя в руках серебряную цепочку - её подарок на День Влюблённых. Он не снимал её с того самого дня ни разу. Постепенно стрелка часов прошла круг, он взял пригласительный билет и вызвал такси. Уже смеркалось. Улицы загорелись огнями, воздух таил июльскую прохладу. Всё предполагало приятный вечер. Такси остановилось перед высоким, красиво освещённым зданием. Он расплатился с шофёром и вышел. Народ только-только начинал собираться. Нарядно одетые люди всех возрастов подъезжали на машинах и важно шли по красной дорожке, встречаемые у парадного входа лакеем. Эллао прошёл внутрь, прогулялся по красиво оформленным залам с огромными люстрами. Вышел во внутренний двор с фонтанами и благоухающими розами. Присел на скамейку и стал наблюдать за гостями. Среди них были не только парижане, но и англичане, итальянцы, американцы и другие народности. Они неторопливо расхаживали по асфальтированным дорожкам, щебетали что-то на своих языках. Он закурил сигарету, клубами выпуская дым.


Весь день Габриэлла готовилась к предстоящему балу. Первую половину дня она провела в салоне красоты, делая причёску. Потом приехала домой, отдохнула, сделала макияж, оделась и поехала на вечер, захватив по дороге подругу. Мишель уже ждала её возле дома. Подруги обнялись и сели в машину.

-У меня странное предчувствие, - сказала Габриэлла. - Может, мне не ездить? Ещё не поздно повернуть домой.

-Чего ты боишься? От кого ты бежишь?

-Просто... Эти странные обстоятельства... Я боюсь, что всё это мои иллюзии. Боюсь разочароваться... Я вот думаю... что он там может быть... а это всё мои выдумки...

-Так будет лучше. Не думай об этом. Впереди прекрасный вечер! Расслабься!

-Хорошо.

-Думай о том, что встретишь принца, - Мишель засмеялась.

Они подъехали к парадному входу и огляделись по сторонам. Эллао, наблюдавший за всеми из сада, любовался фигурой девушки со спины, но не мог рассмотреть её лица. Он следил за её шагами, движениями до тех пор, пока она не скрылась из виду. Он поспешил войти. Но внутри находилось уже столько народа, что найти незнакомку было чрезвычайно тяжело. Габриэлла и Мишель прошли в главный холл и к своему удивлению встретили довольно много знакомых, приглашённых в качестве гостей. Их останавливали то одни, то другие. Многих Габриэлла помнила лишь зрительно. Прекрасная музыка дополняла вечер. Ждали устроителей праздника, которые должны были подъехать с минуты на минуту. В зале становилось жарко, и через одну из дверей девушки вышли во двор. Звёзды ярко зажглись на тёмном небе.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 01:43
-Вот видишь! Тут никого нет!

-Да, - улыбнулась Габриэлла.

Эллао стоял у открытого окна и с интересом разглядывал Габриэллу. Он поймал себя на мысли, что впервые за последнее время кто-то привлёк его внимание, а, может, это было простое любопытство... Лунный свет падал на Габриэллу, вырисовывая её профиль. Ещё немного и она повернётся к нему лицом. Он ждал этого момента, его магнитом тянуло к ней.

-Столько знакомых! - заметила Мишель. - Я не встречала даже на званных обедах! Можно подумать, главное событие года.

-Может, так и есть...

-И такое изобилие парней! - смеясь сказала Мишель. - Вон! Смотри! Один, кажется, уже увлёкся тобой!

-Перестань!

-Да, правда! Он смотрит на тебя в окно, не отрываясь, уже целых полчаса!

-И кто же он? - в этот момент она повернулась в сторону Эллао. Немое выражение застыло на её лице. Она побледнела и покачнулась.

Эллао не мог поверить своим глазам. Перед ним стояла Габриэлла. Та самая Габриэлла, которую он искал так долго. Она была ещё прекраснее, чем раньше. Пальцы его рук внезапно похолодели. Он побежал на улицу.

-Что с тобой? Габриэлла?

-Это он...

-Кто? Там уже никого нет.

-Пойдём внутрь... Скорее...

Они зашли и присели на диванчик в комнате отдыха.

-Это был он...

-Кто?

-Эллао...

-Тебе показалось, наверное... Ты ведь говорила, что не помнишь его лица...

-Я так думала...

-Наверное, это кто-то похожий на него или... или... ты просто хочешь его тут встретить...

-Нет... Я не могу ошибаться...

-Ты же сама говорила, что он в Штатах... Хотя... тоже пишет...

-Ты же видела его фотографии! Пойди! Посмотри! Пожалуйста! Я подожду тебя здесь!

-Хорошо! Хорошо! Только не волнуйся! Ты вся похолодела!

Мишель вышла и вернулась через полчаса.

-Я никого не нашла. Успокойся. Тебе показалось. Пойдём! Начинается праздник. Всех зовут.

Габриэлла сделала над собой усилие и встала. Они прошли в холл, заполненный людьми. Раздались аплодисменты и на сцене появились мужчины и женщины, с грамотами в руках. Они объявили об открытии церемонии вручения наград молодым талантам. Вечер начался. Программа предполагала коктейль, разнообразные конкурсы и игры, выступления молодых и заслуженных поэтов и писателей, награждение и фейерверк.

-Пойдём, - сказала Мишель.

-Куда?

-Как куда? Всех зовут на коктейль. Ты разве не слышала?

-Я, наверное, отвлеклась...

-Ты не слушала. И всё время смотрела по сторонам.

-Я не могу сосредоточиться... Я, пожалуй, поеду домой...

-Никуда ты не поедешь! Я не допущу! Ты не упустишь такой шанс из-за какого-то призрака из твоего прошлого! От кого ты бежишь? Ну и что, даже если вы встретитесь?! Тебя никто не заставляет разговаривать с ним. Пошли!

Мишель крепко взяла Габриэллу за руку и силой потащила по направлению, куда шли все гости.



Эллао обошёл весь сад, но не нашёл никого. Он сел на самую дальнюю скамейку в тёмном углу и закурил. Постепенно дрожь перешла в более мелкую и успокоилась совсем. Он был в полной растерянности. Былая уверенность покинула его. Мысли перемешались и перед глазами стоял её образ. Он судорожно рассмеялся. Он нашёл! Он нашёл её! Так почему же он сидит здесь?! Он вскочил и побежал в здание. Как раз в это время начались конкурсы и игры. Игра заключалась в том, что одному завязывали глаза, а остальные становились в круг. Ведущий выбирал из присутствующих кого-либо и описывал его приметы человеку с завязанными глазами. И последний должен был найти его среди остальных. Угаданный человек занимал его место. Круг людей постоянно менялся.

-Молодой человек, подойдите к нам! - обратился ведущий к Эллао.

-Дорогая Габриэлла! Вам надо угадать молодого парня. Он высокий, худощавый, с вьющимися до плеч волосами, большими глазами. Так.. В костюме. Ворот рубашки расстёгнут. И видна цепочка. Думаю, пока этого хватит. Можете начинать.

-Эллао стоял в предвкушении минут, когда он снова сможет уловить аромат её духов, почувствовать лёгкие прикосновения нежных рук...

Габриэлла подошла к пожилой даме, затем к мужчине и по короткой стрижке поняла, что ошибается. Она ощупала ещё нескольких человек прежде, чем дошла до Эллао. Она подошла почти вплотную. Он еле сдерживал себя, чтобы не обнять её. Она положила руки на его плечи и провела по шее, затем потрогала кончики его ушей. Её пальцы утонули в его волосах, волнами спадающих на плечи. Он ловил эти минуты наслаждения. Стояла такая тишина, что слышен был шорох ветра за окном. Ни один человек не смел нарушить эту тишину. Габриэлла погладила его брови, глаза и коснулась губ. Она медленно водила кончиками пальцев по его губам. Он лёгкими движениями губ целовал её пальцы. Она уверенными движениями нашла его цепь с монетой на шее. Затем взяла его левое запястье и почувствовала серебряную цепочку. Из под чёрной повязки с глаз стекла слеза. Он держал её руку в своей и эта близость была для них дороже объятий. Это оцепенение продолжалось несколько секунд, пока голос ведущего не прозвучал, как гром в ясную погоду.

-Поздравляю! Вы угадали!

Ведущий подошёл, чтобы снять повязку...

-Не снимайте!Не надо!.. Я сама... Мишель...

Поняв её с полуслова, Мишель вывела Габриэллу из зала. В саду подруги сидели, обнявшись, глухое рыдание без слёз вырывалось из её груди.

-Самое ужасное - это, что я до сих пор люблю этого человека...

-Я знаю... Я видела... Вы оба любите друг друга...

-Давай уедем!

-Ты этим ничего не решишь. Просто отложишь ваш разговор... В конце концов, в том, что сейчас здесь есть и его заслуга. Я, пожалуй, оставлю вас...

Габриэлла оглянулась. К ним приближался Эллао. Сердце бешено забилось у неё в груди.

-Я с тобой! Мишель! Не уходи! Пожалуйста! - Габриэлла умоляюще смотрела на неё.

-Я буду рядом. Если, что зови, - она поцеловала её в щёку.

Эллао присел на скамейку. Габриэлла всё ещё сидела к нему спиной, опустив голову. Он осторожно взял её за локоть, прижался губами к её шее, плечам. Она была не в силах оттолкнуть его от себя.

-Я так долго искал тебя!..

-Зачем?..- она медленно повернулась.

-Я понял, что не могу без тебя!

-Ты понял это слишком поздно!

Она встала.

-Для любви не существует слова поздно!

-Для любви - нет. Для меня - да.

-Я не верю! Тогда ты не носила бы это кольцо, - он взял её за руку.

-Я одела его только сегодня, чтобы вернуть тебе, - она вырвала руку, оставив кольцо в его ладони.

-Послушай! Не уходи!..- кричал он вслед удаляющейся фигуре. - Выслушай меня!..Я люблю тебя!!! Люблю!!! - кричал он, падая на колени.


Вечер подходил к концу. На сцену вызвали Габриэллу для вручения грамоты. После поздравлений её попросили исполнить что-нибудь. Она уже знала, что прочесть. Она повернулась к залу, но всё её внимание было сосредоточено только на Эллао.


"Мы когда-нибудь встретимся снова".

Мы когда-нибудь встретимся снова,
Только годы пройдут незаметно.
Мы не скажем друг другу ни слова
И утонем в объятьях заветных.
Мы пройдёмся по улицам старым,
Взявшись за руки крепко, как прежде.
И под песнь шестиструнной гитары
Оживут наши сны и надежды.
На скамейке в пустом переулке
Мы напомним, конечно, друг другу
Про последнюю нашу прогулку,
Про последнюю нашу разлуку.
А потом до утра, до рассвета
Расцелуешь меня осторожно.
В полусумраке два силуэта
Нарисует сентябрь-художник.
Мы когда-нибудь встретимся снова,
У висков в волосах с сединою.
Мы прошепчем друг другу два слова :
"Я люблю... Я хочу быть с тобою... "


Под бурные овации Габриэлла вышла, села в такси и отрешённо смотрела на дорогу. Ей не хотелось ни о чём думать, ничего вспоминать... Дома все спали. Она прошла в свою комнату, выпила снотворное и уснула, не раздеваясь.


Мишель искала Габриэллу повсюду, расспрашивала у всех, но никто не мог дать ей ответ. Мобильный не отвечал. Она в десятый раз обходила комнаты, пока не наткнулась на Эллао. Они искали её вместе.

-Наверное, она уже дома. Как же так? Оставила меня здесь?

-Дай мне её номер телефона!

-Не проси меня ни о чём. Ты итак уже испортил ей жизнь.

-Я хочу всё исправить.

-Не старайся.

-Хочу всё вернуть! Я не могу опять потерять её!

-Ничем не могу помочь. Прощай!

Он схватил её за руку.

-Помоги нам! Пожалуйста! - он смотрел в её глаза.

-Ну хорошо... - сказала Мишель после некоторого колебания. - Но это, потому что я хочу, чтобы Габриэлла была счастлива! Приходи завтра по этому адресу, - она протянула ему листок бумаги. - Я подумаю, что можно сделать.

Мишель села в машину и уехала. Эллао сжимал этот клочок бумаги, как будто это была бесценная купюра. Всю ночь он не смыкал глаз.


Наутро Габриэлла вышла в гостиную с собранным чемоданом. Все удивлённо смотрели на неё.

-Куда ты собралась?..- в один голос спросили её родные.

-Мне нужно уехать на пару дней... Я потом всё объясню... Не беспокойтесь со мной всё в порядке.

Она расцеловала всех, недоумённо смотрящих на неё, и вышла. В аэропорту она взяла билет на ближайший рейс в Барселону. Испанское солнце обжигало лучами. Габриэлла сидела в номере, окнами выходящими на море, и думала о своей жизни. Ей хотелось вновь стать маленькой девочкой, сидеть на коленях у мамы или папы и слушать сказки. Потом она пошла к морю, села у воды на безлюдном пляже и наплакалась вволю. Солёные брызги умывали её. Габриэлла долго бродила по берегу, просто наслаждаясь пейзажем.

Мишель застала её родителей в недоумении.

-Она только что уехала...

-Куда?..-испуганно спросила Мишель.

-Она не сказала... Что случилось вчера?

Мишель торопливо рассказала о вчерашнем происшествии. Потом помчалась в аэропорт, но самолёт уже улетел. Она сидела в зале ожидания, не зная, что и думать, забыв о встрече с Эллао. А он ждал её в назначенном месте до захода солнца, потом пошёл в бар и иссушил бутылку виски. Мишель вспомнила о нём только на следующий день. Она набрала номер телефона справочной службы и отыскала отель, где он остановился. У портье Мишель оставила записку с точными координатами Габриэллы, упомянув, что она уехала неизвестно куда.

Эллао вернулся в номер после полудня, проведя ночь на скамейке в парке рядом с баром. Голова трещала от выпитого количества спиртного. В номере развернул записку. Головную боль как рукой сняло. Он принял душ и помчался по указанному адресу.

Через неделю Габриэлла прислала открытку. "У меня всё хорошо. Не волнуйтесь. Скоро приеду. Люблю. Целую. Габриэлла". Все ждали её с нетерпением. Прошла ещё неделя. "Безумно скучаю! Венеция - красивый город. Целую. Габриэлла"... "Нам надо переехать в Рим. Здесь очень красиво. Люблю. Габриэлла"... И ещё одна открытка из Вены. "Возвращаюсь".

Эллао каждый день узнавал новости. Ждал её приезда в любую минуту. Ночью раздался звонок. Это был отец. "Приезжай. Ты мне нужен." Вечером Эллао был в нью-йоркском аэропорту. Отец уже ждал его.

Габриэлла вернулась рано утром, все ещё спали. Она долго звонила в дверь.

-Дочка!

-Мама!

Все вывалили в холл. Она наперебой целовала и обнимала всех.

-Я привезла вам подарки! - она стала доставать сувениры, украшения и многое другое. - Я так соскучилась!!!

Рассказав все свои приключения Габриэлла вошла в свою комнату, уставленную цветами. Многие были высушены, другие ещё хранили свежесть.

-Он приходил каждый день. Он любит тебя!

-И где же он?

-Сегодня утром посыльный принёс этот букет и записку. Прочти.

Габриэлла порвала её не прочитав.

-Попроси убрать комнату.


Эллао тщетно звонил ей каждый день. Она кричала, бросала трубку. Присылал открытки, письма. В последний день августа Габриэлла пришла домой не одна.

-Я хочу познакомить вас со своим женихом, - сказала она, представляя им Стефана. - Вы знаете его столько, сколько и я, но теперь немного в другом качестве.

Стефан застенчиво пожимал руку её отцу. Вечером в узком кругу семьи состоялась помолвка. Свадьбу назначили на сентябрь.

-Ты же не любишь его! - отговаривала её Оливия.

-Зато он любит меня. Ты сама всегда рассматривала его, как потенциального жениха.

-Но...

-За это время я всё обдумала. У меня было много времени на это. Мне не найти лучшего мужа. Ты сама говоришь, что хорошего человека можно полюбить за его качества.

Приглашения были разосланы. Одно она послала и Эллао. Его как током поразило. Он не верил. Оливия подтвердила. Он прислал праздничную открытку с поздравлениями. Габриэлла в негодовании разбила вазу, разорвала открытку на мелкие кусочки и разрыдалась в подушку.

Вечером она вернула кольцо Стефану. Он всё понял. Началась учёба. Осень нагоняла тоску и унылость. Она набрала номер телефона.

-Я люблю тебя...

-Ты замужем...

-Я... я не вышла...

-Хорошая шутка.

-Я не шучу.

-Была.

-Возвращайся.

-Не стоит.

В трубке раздались короткие гудки. Эллао работал с отцом. Фирму удалось спасти. Он стал умелым компаньоном, знающим дело. Посвятил себя своему творчеству. Концерты собирали большие залы. Последовал успех. Стал прежним. Только каждую ночь доставал кольцо и ругал себя за слёзы.

Габриэлла училась лучше, чем когда-либо. Выпустила сборник, второй, третий. Практиковалась в престижной фирме. Попробовала себя в новом качестве. Лучшие компании приглашали стать лицом их фирмы.

Она слушала его диски. Он первым бежал в магазины и скупал её сборники.

Первый снег сменил листопад. Канун Нового года. Город, разукрашенный разноцветными гирляндами, навевал праздничное настроение. Как всегда подарки покупались в последний день. Она стояла в магазине в отделе сувениров, выбирая, что купить. Кто-то тихонько взял её за локоть.

-Вы не могли бы мне помочь? Я ищу подарок для своей девушки.

Габриэлла обернулась. Эллао ласково улыбался ей своей детской улыбкой.

-Я хочу стеклянный шарик с домиком внутри.

-И когда его трясёшь - идёт снег... - докончил он фразу.- Такой?

Он протянул ей маленький свёрток с заснеженным домиком внутри стеклянного шара. Они пошли в старый сквер, уснувший до рассвета. Они сидели, молча смотря в глаза друг другу, пока земля не уплыла из-под ног... Он согревал её своим дыханием, поцелуями... Кольцо с бриллиантом украшало её руку. Под бой часов все загадывали желания. И их желания сбылись в точности, потому что совпали.

Она была самой красивой невестой, а он - самым элегантным женихом. Они кружились в свадебном вальсе под январским снегом. Их глаза светились счастьем, потому что они любили друг друга больше жизни!!!

Группа: Участники
Сообщений: 149
Добавлено: 12-01-2007 01:45
увы и жаль...бесконечно жаль

Выше нос.
Пока мы способны чувствовать и понимать - история еще не окончена.
Да, они умирают. Но они пробуждают в нас чувства.
Кому-то мы можем помочь непосредственно - и мы помогаем.
Кто-то нам незнакомый страдает - мы для него держим огонек в нашем сердце, чтобы если вдруг он случайно увидел его - то обрел в нас ту теплоту и понимание, которых лишила его ледяная пустыня.

Знаешь, я не очень люблю Мумий Тролля - но у него есть замечательная песня, "Хищник", где есть замечательные слова - "Оставь нам любимых, оставь. Оставь их любить нас, оставь".
Наша любовь живет в наших сердцах - и когда ты идешь по улице, то не скупись на чувства, дари их каждому, кого ты встретишь. Для этого не надо слов - достаточно взгляда. И если те, кому ты подарил свою любовь, в ней не нуждаются - они сами отдадут ее тем, кому она нужна больше.

...даже убивая - люби, потому что каждая даже самая никчемная смерть - урок любви всем живым..
Пусть мы познаем это через потери. Жалеем то-мы все равно себя..

А те, кто ушел, верь мне - уже там, где нет страданий, и огонек наших сердец не даст им запутаться во тьме.
Улыбнись. Любовь все равно победит, она сильнее не-любви, как свет всегда побеждает тьму.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 15:06
спасибо третьяков за поддержку,только она мне не нужна,у меня всё в порядке с тонусом, без улыбки и любви не проходит и 10 минут, и знаете ,я очень похож на вас ,во многом,не во всём конечно.


спасибо за переживания,хотя вы написали бональные вещи,ибо очень знакомые, тем не менее я искренне вам благодарен,хочу чтобы вы меня правильно поняли.


Добавлено: 12-01-2007 17:03
matrix:а хотите ещё поплакать,только теперь по настоящему
Необратимость - это единственное, что вызывает слезы оправданно. Потому что пока все живы - ничто не потеряно, можно приютить животных и накормить стариков, или хотя бы каждый раз пытаться это сделать в отношении тех, кто непосредственно рядом.
В рассказе про Уродливого - сопереживание в необратимости...

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 12-01-2007 17:42
полностью согласен.

но необратима и та корыстная,жестокая система ,в которой мы все с вами проживаем,государство,политику я имею ввиду.эта система фатальна ,безнравственна.конечно можно накормить стариков,но их становится всё больше и больше,они не нужны больше системе,не выгодны,она выпила из них весь сок оставив умирать в нищете,считаете это обратимо? уродливый один,но таких стариков миллионы.
уродливый это такая философия,но старики это наша повседневная реальность.про никому не нужных детей я вобще молчу.

Группа: Участники
Сообщений: 149
Добавлено: 15-01-2007 12:29
matrix:
очень похож на вас ,во многом,не во всём конечно.


спасибо за переживания,хотя вы написали бональные вещи,ибо очень знакомые, тем не менее я искренне вам благодарен,хочу чтобы вы меня правильно поняли.


Давай на "ты", прошу тебя. Вот ты доверяешь Солнцу? Оно твой друг. Но ты же к нему не на "вы"! :))
А я рад тому, что почувствовал в ответ. Такие моменты стоят того, чтобы жить.

У меня был еще один очень интересный момент в моей жизни - ходили как-то на "Юнону и Авось" - тоже непростой спектакль, куча переживаний, спертое дыхание... И облегчение в конце какое-то смутное, "хэппи энда" нету как такового.
Но что примечательно - справа от меня сидел какой-то юноша, тоже с девушкой. К концу спектакля мы с ним настолько синхронизировались, что хлопали вместе, вместе вставали.. И было в этом что-то непередаваемо-торжественное: конец балета, выходят актеры, мы стоим с ним, аплодируем, взгляды у обоих строго вперед, на актеров.. И чувство такое, словно наши сердца образовали некое поле, своеобразный щит - будто я и этот незнакомый юноша на самом деле - одно целое. Невероятное ощущение... Я его лица даже не видел, и сейчас не узнаю. Но это внутренняя готовность поддерживать друг друга во всем, что касается чувств и путей - оно осталось. Как будто обрел незримого друга...


А вот еще текст про котегов:

А как я любил котов! Конечно, это не походило на патологическую страсть
- коты жили сами по себе, а я сам по себе. Но нужно быть слепым, чтобы
не увидеть интеллигентности этих животных. Сколько раз видел как пацаны
мучают котов, а те им прощали это! Самое первое воспоминание: сунулся
было погладить собачку, а она как вызверилась неожиданно. А неподалеку
два котенка игрались - сами с собой, друг с другом. Бери их в руки,
гладь, досаждай - никакого рыка, никакой предвзятости. В пору раннего
детства, когда понятия о добре и зле еще только развивались мучил я
черного молодого котика - то хвост к раскаленной печке прижму, а он
верещит, но не царапает меня, то по весне засуну его в сырую холодную
железную бочку - всего не помню. Ни разу он меня не царапнул. Надо же
было бабушке разложить крысиную отраву - он съел и исчез. Бабка засыпала
его грудками земли за двором. Как я рыдал, стоя на его могиле. Голубые
небеса струились, искаженные слезами - я отчетливо понимал, что
расстался с ним навсегда, что его никогда уже не будет на этом свете, я
оценил его природную доброту. Потом был кот Тошка, он очень быстро
полюбил меня, но мама вынесла его подальше от дома, мне стало гадко,
когда она призналась в этом. Представьте картину: кот медленно идет по
постели от ног к моему лицу, мурчит и ЛЮБИТ! Взрослые не видят таких
тонкостей, а дети очень наблюдательны и это потрясает. Было мне уже за
тридцать. Дети принесли с улицы котенка - собственно я его и брать-то не
хотел. Пацанва мучила его неосмысленно и жестоко: наливали ему сметану
прямо на землю, он от этого поносил, изображала из него гимнаста, широко
разводя ему лапы, и все это на глазах у взрослых, которые, попади сами в
такую ситуацию, взвыли бы от мучений. Котенок не просился. Он сидел на
цементном полу подъезда и в глазах его было написано - да, я скоро умру,
наверное завтра. Ну и пусть. Лучше умереть, чем так жить. Вероятно такая
судьба... И тут во мне взыграло - нет! Как это?! Такая чистая душа и
пропадет? Не бывать этому! И я дал "добро". Детки мои заверещали от
радости, давай его кормить, а оно бедное дите голодное - все ест, что
дадут. Принесли ему картонную коробку - он тут же свернулся и заснул.
Нет его разбудили и опять покормили и опять он свернулся калачиком и
давай спать. Дети хотели еше раз разбудить, но тут уже вмешалась жена и
разъяснила детям, что ему нужен покой. Потом котик проснулся и начал с
писком искать место, а мы не поняли, что ему нужно в туалет. Он так и не
нагадил - нашел грязную тряпку в ванной и сходил на нее. Это совершенно
необученный малюсенький котенок! Тут же мы организовали ему ящичек с
песком. В результате наших забот Максик вырос в замечательного кота -
игрался с детьми в прятки и догонялки, показывал акробатические фокусы,
кусал меня ночью за ухо в точке акупунктуры, будил хозяйку, если та
опаздывала на работу. И еще он был просто красив - темный сибирский
окрас с белой манишкой.
Самое интересное то, что впоследствии я стал располагаться душой и к
собакам. Сначала меня удивили своей добротой пекинесы. Потом понравились
умные молчаливые таксочки. Ну, про эрделек уже не говорю. У нас во дворе
старый дедушка выгуливал не менее старого пса. Этот пес развлекался тем,
что жестоко кусал всех встречных собак, в том числе и щенят. И те
отступали перед его напором. Т. е. психологически он всех псов подавлял.
А тут появилась Лиза - бойцовая порода не помню названия, но вы их
узнаете по улыбке: эти собаки всегда в приподнятом настроении, хвост
торчком и виляет. Хозяин побаивался непредсказуемости Лизы - могла
цапнуть без предупреждения, поэтому она всегда гуляла в наморднике. А
тут этот дряхлый барбос вышел и решил Лизу вздрючить. Лиза обрадовалась
- как, настоящая драка?! Она встала на задние лапы и даже в наморднике
умудрилась порвать губу этому старикану. Тот удалился в крайнем
расстройстве, а Лиза аж светилась от радости - ура! подралась! Недавно
ко мне Рэм, этой же породы, в руки мордой залез. Как они чувствуют
хорошее отношение?
Короче, мораль сей басни такова - не в них дело, а в нас. К чему
рассказал - сам не знаю. Наверное, графомания.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 15-01-2007 14:01
ничего особенного вроде, но так за душу берёт, шерсть дыбом. чтото в этом есть. это искренность.

Наверное, графомания.

а можеш поделиться? если тебе много


Группа: Участники
Сообщений: 149
Добавлено: 16-01-2007 05:30
Ой-ей, только сейчас заметил - мой последний текст без указания авторства.
Собственно, автор как раз и неизвестен, но все же это не мой текст, хотя и близок.

Matrix, а чем с тобой поделиться?
Мне свое творчество как-то боязно выставлять...

Группа: Администраторы
Сообщений: 8493
Добавлено: 16-01-2007 17:01
Реально зарегистрированный разговор между испанцами и американцами на частоте Экстремальные ситуации в море навигационного канала 106 в проливе
Финистерра (Галиция). 16 Октября 1997 г.
Испанцы: (помехи на заднем фоне) ... говорит А-853, пожалуйста,поверните на 15 градусов на юг, во избежание столкновения с нами. Вы движетесь
прямо на нас, расстояние 25 морских миль.

Американцы: (помехи на заднем фоне) ...советуем вам повернуть на 15 градусов на север, чтобы избежать столкновения с нами.

Испанцы: Ответ отрицательный. Повторяем, поверните на 15 градусов на юг во избежание столкновения.
Американцы (другой голос): С вами говорит капитан корабля Соединенных Штатов Америки. Поверните на 15 градусов на север во избежание столкновения.

Испанцы: Мы не считаем ваше предложение ни возможным, ни адекватным, советуем вам повернуть на 15 градусов на юг, чтобы не врезаться в нас.

Американцы (на повышенных тонах): С ВАМИ ГОВОРИТ КАПИТАН РИЧАРД ДЖЕЙМС
ХОВАРД, КОМАНДУЮЩИЙ АВИАНОСЦА USS LINCOLN, ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА СОЕДИНЕННЫХ
ШТАТОВ АМЕРИКИ, ВТОРОГО ПО ВЕЛИЧИТЕ ВОЕННОГО КОРАБЛЯ АМЕРИКАНСКОГО
ФЛОТА. НАС СОПРОВОЖДАЮТ 2 КРЕЙСЕРА, 6 ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, 4 ПОДВОДНЫЕ ЛОДКИ И
МНОГОЧИСЛЕННЫЕ КОРАБЛИ ПОДДЕРЖКИ. Я ВАМ НЕ СОВЕТУЮ , Я ПРИКАЗЫВАЮ ИЗМЕНИТЬ ВАШ КУРС НА 15 ГРАДУСОВ НА СЕВЕР. В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ МЫ БУДЕМ ВЫНУЖДЕНЫ ПРИНЯТЬ НЕОБХОДИМЫЕ МЕРЫ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ НАШЕГО КОРАБЛЯ. ПОЖАЛУЙСТА, НЕМЕДЛЕННО УБЕРИТЕСЬ С НАШЕГО КУРСА!!!!

Испанцы: С вами говорит Хуан Мануэль Салас Алкантара. Нас 2 человек. Нас сопровождают нас пес, ужин, 2 бутылки пива и канарейка, которая сейчас спит.
Нас поддерживают радиостанция Cadena Dial de La Coruna и канал 106 Экстремальные ситуации в море . Мы не собираемся никуда сворачивать, учитывая, что мы находимся на суше и являемся маяком А-853 пролива Финистерра Галицийского побережья Испании. Мы не имеем ни малейшего понятия, какое место по величине мы занимаем среди испанских маяков. Можете
принять все меры, какие вы считаете необходимыми и сделать все что угодно для обеспечения безопасности вашего корабля, который разобьется
вдребезги об скалы. Поэтому еще раз настоятельно рекомендуем вам сделать наиболее осмысленную вещь: изменить ваш куpc...

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 16-01-2007 20:30
Мне свое творчество как-то боязно выставлять...

а чего бояться? здесь все свои,всем интересно будет

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 20-01-2007 20:40
нарыл сегодня.очень впечатляет,оцените и вы

АПОКАЛИПСИС
Я проснулся от предчувствия надвигающейся беды. На душе гранитной тяжестью лежала печать неизбежной обречённости. Взяв сигарету, хотя по утрам и не курил, я лениво побрёл на кухню, зажигая на ходу спичку, зловещий свет от зажжённой спички мгновенно сковал мои мысли. Я медленно поднял глаза и увидел надвигающуюся волну огненного смерча, который только что поглотил своей прожорливой пастью, соседний дом. Самое удивительное, что пятиэтажный дом, созданный из кирпича и бетона, вспыхнул как облитый бензином деревянный сарай. Казалось огнедышащий демон, получив порцию человеческих душ, с удвоенной силой ринулся на очередную жертву.
В отупевшем мозгу стучала одна мысль: "Я - мертвец. Все мы покойники. Это неизбежность. Божье проклятье, и с этой участью необходимо смирится."
Но мирится не хотелось, ведь ещё столько не сделано. Сначала надо отремонтировать потолок в зале. Далее, хотелось бы продать свой старенький "Запорожец" и купить "Жигуленок", тем более деньги уже накопил. И в конце-то концов, я ещё молод и так мало прожил.
"Боже, какие дурацкие мысли лезут в голову" - одёрнул я себя - "Ведь через минуту я покойник и самое время подумать о душе, но в голову опять мысли о потолке и "Жигулях".
Вдруг, лёгким прохладным ветерком, кто-то коснулся моего плеча. Я оглянулся, теряя на ходу дурацкие мысли, и увидел перед собой ангела-хранителя. У него не было крыльев, как изображалось в церквях, он не светился и вообще выглядел, как обычный человек, но проникающая доброта и суровый взгляд отца на провинившегося ребёнка, полностью подтвердили мою догадку.
От сурового взгляда я немного поёжился. Мои мысли вновь перепутались у меня в голове.
- Кто ты? - глуповато спросил я.
- Ты сам знаешь - прозвучал ответ.
- Что это? - задал я очередной вопрос, хотя и смутно
догадывался, что это конец.
- Армагеддон - пригвоздил он меня ответом.
- И, что мне предстоит сделать?
- Рассказать всему миру, всё, что увидишь.
- Но ведь об этом уже писалось - попытался я вспомнить свои скудные познания в Библии - Кажется "Откровение".
Ну да, "Откровение Иоанна Богослова", или мы говорим про совершение разные вещи?
- Иоанн Богослов всё происходящее видел с небесной
обители. Ты останешься здесь на земле и лично на себе познаешь Божий гнев.
- Значит, я останусь жив? - мелькнула идиотская мысль.
Ангел-хранитель, ничего не ответив, с укором посмотрел на меня и медленно растворился в воздухе.
Звон лопнувшего стекла заставил меня оглянутся. Огненная гарь мгновенно забила лёгкие. Сначала языки пламени, затем расплавленная масса окутали меня. Боль сгораемого, как свечка тела, пронзила мозг, погружая во тьму угасающую мысль о Жигуленке. Я задохнулся. Мне стало жаль самого себя, ведь я ещё так молод.
С трудом разомкнув веки, я увидел пятно на потолке, который необходимо отремонтировать. Ничего не понимая и боясь пошевелится, я тупо взирал на грязное пятно, пытаясь разглядеть в нём Божье знамение. Наконец до меня дошло, что всё случившееся сон. Жуткий, кошмарный сон.
Отбросив тягостные мысли, я медленно поплёлся на кухню, прихватив на ходу сигареты. Небольшая хрустальная люстра тихонько позвякивала. Рассвет тонкой полоской осветил горизонт. Всё казалось спокойным, но ночной кошмар продолжал терзать душу, гвоздём засев в мозгу.
И вдруг я понял. Это конец. Окно кухни выходило на запад, а солнце не могло повернуть вспять. И это назойливое позвякивание люстры. Все же катастрофа предсказана в Откровении. Землетрясение, всё пожирающий на своём пути огонь, огненный дождь, а кто уцелеет в этом аду, тех поразят голод, болезни, полностью отравленный воздух.
Мысль о гибели близких больно обожгла мозг. Со скрежетом зубов я вспомнил про детей, которые находились на каникулах в деревне. Брат и сестра, которые жили в соседнем городе. Жена, которая в такой день попёрлась в ночную смену.
Я лихорадочно бросился к телефону. На моё счастье городская сеть работала.
- Алло - до боли знакомым голосом ответила трубка.
- Дорогая....
- А, это ты? - перебила она - Что так рано?
- Выслушай меня, и пожалуйста не перебивай. Значит так. С запада на нас движется огненный вал. Это Армагеддон. Ты немедленно приезжаешь ко мне, а я за это время заведу машину.
- Что за дурацкий розыгрыш, родной? Мне ещё три часа работать. Не могу же я всё бросить. Ты ведёшь себя как маленький ребёнок.
- Ты, что не поняла? Оглянись - еле сдерживая раздражение на себя, жену и всё на свете, тихо проговорил я в трубку. Ты же должна чувствовать землетрясение!
- Ну...- замялась она - Что-то похожее и у нас творится. Но это не повод, чтобы удариться в панику и бросить работу. Ты же знаешь, что на моё место сразу найдут замену. В конце-то концов, я просто обязана сдать смену. Ты же не заболел? - в последнем вопросе я услышал тревожные нотки.
- Да, да, да - схватился я за подсказанную мысль – Я умираю. Мне очень больно. И если ты сейчас не приедешь, то я обязательно повешусь.
- Я еду - ответила она и положила трубку.
- Так, теперь необходимо сосредоточится и определить, что делать дальше - начал я рассуждать в слух. Первое, полностью заправить машину, бензин у меня в гараже. Жаль, что не успел поменять правую дверцу, но, думаю, на первое время хватит, а там, как Бог даст. Второе, деньги. Чёрт, я же их поменял на доллары. Ладно, в ближайшем пункте поменяю обратно, а если нарвусь на скупщиков, то, возможно, останусь в прибыли
Третье, продукты на первое время. Если холодильник пустой, то придётся заезжать в магазин и купить консервы, хотя я их терпеть не могу, ничего не поделаешь, придётся потерпеть.
Я заглянул в холодильник, и, как предполагалось, он оказался совершенно пустой, не считая трёх бутылок пива. Бросив содержимое холодильника в огромную сумку и вытащив из потайного места доллары, я обреченно встал у порога. Все нажитое с большим трудом приходилось бросать. Кое-что можно было бы и взять, но на сборы необходимо время, а его как раз и не хватало.
- Ладно - усмехнулся я сам себе - Запру квартиру, а Бог даст ничего не случится. Нельзя же полностью доверять снам. А вот и оправдание перед женой - "Соскучился любимая, решил выехать с тобой на природу".
Заправив полный бак, и бросив пару канистр в багажник, я с нетерпением ждал приезда жены. Наконец быстрой походкой она пересекла двор нашего дома.
- Ну-ка, быстро в постель - на ходу произнесла она - я как сумасшедшая бросила работу, думаю, что-то серьёзное случилось, а у него детство взыграло. Видите ли, захотел покататься.
Ни слова не говоря, я силой усадил её в машину и захлопнул дверцу. Все попытки выбраться наружу не увенчались успехом, так как я ещё не успел отремонтировать замок, и она открывалась только снаружи, при очень большом усилии. Быстро запрыгнув на водительское сидение, я дал полный газ, и старенький Запорожец козлиными скачками выпрыгнул со двора.
- Ну объясняй, наконец, что это значит?
У меня не было настроения разговаривать, и я промолчал.
- Не гони. Что ты делаешь? Ты, что убить меня захотел?
- Не убить, а спасти - сквозь зажатую во рту сигарету
процедил я.
- Объясни, наконец, куда мы едем? Я же не успела полить цветы. И, что это за запах?
- В багажнике три канистры с бензином. Одну здорово
облил, когда торопился залить.
- Выплюнь сигарету. Ты, что сдурел? Мы сгорим заживо.
- Не волнуйся. Если и сгорим, то не от сигареты. Оглянись и внимательно посмотри на запад.
Она в ужасе оглянулась. Огненный вал всё ещё не просматривался, но поднимающаяся в небо гарь с ядовито красными языками пламени полностью заволокла горизонт.
- Возможно, это горит бензохранилище? Оно вроде в той стороне - полуутвердительно она произнесла побелевшими губами.
- Вполне возможно, но хранилище от нас к югу, а так может гореть только земля.
Землетрясение усиливалось. На асфальте явно стали проступать трещины. Ехать становилось труднее. Единственное, что утешало, это малое количество машин, да и откуда они мог ли взяться в такой ранний час.
Проезжая мимо одного дома, я невольно увидел, как хозяева в спешке забрасывали свои вещи в грузовик, с тревогой поглядывая на запад. Хотя явно надвигающаяся смерть была очевидна, они, надрывая последние силы, старались поднять непосильно тяжёлое пианино. Наконец у мужчины сдали нервы и он, поднявшись на балкон, стал выбрасывать всё, что попало под руку на улицу. Хрусталь, сервизы, зеркала со звоном разбегались по асфальту, а женщина в истерике пыталась вернуть всё в первоначальный вид. Я невольно рассмеялся над людской глупостью.
- Что тут смешного? - грустно подытожила жена -
Ведь если бы ты с силой не затолкнул меня в машину, я бы
тоже сейчас собирала вещи - и вдруг очнувшись, резко переменила тему - А ты успел что-нибудь взять?
- Кроме двух бутылок пива ничего - слукавил я насчёт
третьей бутылки.
- Ты же знаешь, я пиво не люблю. Мог бы взять колу или
лимонад. А деньги? - вдруг она опять повысила голос - Я
имею в виду деньги.
- Взял но, мне кажется, они нам не понадобятся.
- Почему?
- Родная, приди в себя. Неужели ты не понимаешь? Это
конец.
Сейчас я видел в зеркало заднего вида, не только чёрную гарь, но кое-где уже проглядывал огненный вал, точная копия тому, который я видел во сне. Получалась неприглядная картина чудовищного опаздывания на жизненный поезд, который умчался, оставив на станции почти всех пассажиров. Огненный вал неминуемо догонял. Трещины от землетрясения становились опасными. К тому же начался огненный дождь, состоявший из полу сгоревших кусков пепла. Вдобавок запах вонючей серы не позволял трезво мыслить, пытаясь погасить сознание. И я твердо знал, - дальше будет еще хуже.
На нашем пути оказался небольшой городок и, ворвавшись в него на большой скорости, мы увидели жуткую картину Казалось сама земля, как раненый зверь, которому вспороли вены, содрогалась в предсмертных судорогах, выбрасывая из себя фонтаны огненной крови. Люди падали в образовавшиеся трещины из которых с зловещим шипением взрывался огонь, заглушая предсмертные крики с помощи. Здания рушились, хороня под собой целые кварталы с жителями. Листья на деревьях пожухли и приобрели цвет черно-коричневый или грязно-жёлтый, как будто осень накрыла их своим крылом. Но самое интересное было то, что в момент паники, когда жизнь перестала иметь смысл, появились мародеры. Они упорно лезли в рушившиеся дома за наживой, рискуя жизнью. Я загляделся на одного мужчину, который за короткое время успел перелезть по карнизу в две квартиры. Он вновь появился в следующем окне с довольно внушительным узелком и, не раздумывая, прыгнул вниз с третьего этажа. Дом еще не успел полностью разрушиться, а мародёр уже забегал в следующий подъезд.
Паника разрасталась, и те счастливые люди, которые успели спастись из горящих домов, ринулись к шоссе. Шоссе с обеих сторон оказалось отрезано от людей двумя нескончаемыми трещинами. Передние, подбежав к краю, остановились в нерешительности. Несколько человек, не останавливаясь, прыгнули на другую сторону. Половина людей сорвалась сразу, другая половина повисла на раскалённых камнях. Только единицы смогли вылезти на противоположный край трещины , где обессиленные теряли сознание. Тем временем задние надавили на передних, и первые, не выдержав давления, как яблоки посыпались вниз. Крик отдельных людей превратился в монотонный гул.
Не выдержав массового убийства, я опустил глаза, и в это мгновение на капот прыгнул парень с окровавленным лицом. Я невольно ушёл вправо и угодил в трещину. Парень от толчка полетел вниз. Мой Запорожец наклонился, но продолжал натужно грести колёсами. Не выдержав перегрузки, он несколько раз чихнул, пытаясь полностью заглохнуть.
- Не смей! - в панике заорал я.
Жена в страхе закрыла лицо руками и тихо стонала. Я был в отчаянии, но мой любимец, наверное, почувствовав мой страх, несколько раз скакнув козлом, вырвался из крутого края трещины,
- Ни за что не променяю тебя на глупый Жигуленок —
как дурак, причитая, гладил я своего любимца.
Наконец, чудом вырвавшись из города, я не поверил своим глазам. Огненный вал успел обойти нас со всех сторон, туго стягивая ловушку. От температуры резина на колёсах задымилась. Мотор вновь заработал с перебоями. В отчаянии я наконец понял, что от судьбы не убежишь и Божья кара настигнет везде. Я почти смирился с неизбежностью, но в последний миг вспомнил, что за ближайшим холмом начинается овраг, а на его противоположном склоне есть довольно внушительная пещера.
Круто свернув с магистрали, я направил машину на холм. Но огненный зверь не собирался упускать свою жертву, преградив наше отступление горящим ручейком лавы. Резина на колёсах громко лопнула, останавливая моего старенького спасителя. Машина горела. Я пулей вырвался наружу, глотнув лёгкими огненный язык пламени. Отползая в сторону, я с ужасом осознал, что двери жены открываются только наружу. Бросившись опять к машине, я обжигая руки с трудом открыл дверь и вытащил жену. Она находилась на грани смерти. Одежда и волосы продолжали гореть. Не раздумывая, я сорвал куртку и быстро погасил пламя.
Жена открыла глаза и попыталась изобразить улыбку, но у нее ничего не получилось. Я приподнял её и мы, в полуобморочном состоянии продолжили попытки своего спасения. Казалось, весь мир восстал против нас. Сзади стремительно надвигался огненный вал. Впереди землетрясение препятствовало передвижению. Сверху сыпался раскалённый пепел. Снизу текли ручейки лавы, и даже сам воздух, наполненный газам и серой, постоянно гасил сознание, разрывая удушливой гарью лёгкие.
Я невольно замешкался, и очередная горящая щупальца преградила дорогу. Собрав последний силы, я сумел перепрыгнуть, но жена провалилась одной нагой в раскалённую массу. Туфелька мгновенно расплавилась, смешавшись с кожей ступни. Я не услышал от неё ни крика ни стона. Она, как зомби сделала в последнем усилии несколько неровных шагов. Сознание погасло на глазах, и и жена без чувств свалилась у моих ног. Но именно последнее усилие помогло обогнуть холм.
Моему взору представился глубокий овраг, в который нескончаемым потоком стекала лава. Через несколько шагов зиял вход в пещеру.
Серые испарения полностью отравили организм, и я закашлялся. Меня вырвало кровью, что на некоторое время принесло облегчение. Взвалив обмякшее тело жены на плечи, я, наконец, достиг своей цели, полностью потеряв сознание.
Очнулся я от тихого детского плача. Где я и сколько провалялся без сознания, как не пытался вспомнить, не сумел. Я с трудом разомкнул веки и сквозь пелену гари, увидел плачущую девочку.
- Жена - раскалённой иглой вонзилась запоздалая мысль, прокручивая в голове прожитый кошмар.
Я повернул голову и чуть не лишился сил от увиденной картины. Жена лежала рядом со мной и напоминала обезображенную куклу, вырванную из пожара. Только неровное дыхание выдавало в ней полуживого человека, верней то, что от него осталось. Её пышные, соломенного цвета головы, полностью сгорели, оставив кое-где пучки коротких завитков. Её тёплые мягкие губы, вздулись и покрылись чёрной коростой. По когда-то нежным щекам, пролегали взбугрившиеся окровавленные потеки. Руки распухли, как в резиновых надутых перчатках. На ногу я даже не осмелился посмотреть.
- Пить - еле слышно произнесла она.
Я, в надежде, похлопал себя но карманам. Как не странно, но в них оказалась, чудом сохранившаяся, бутылка пива.
Жена сделала пару глотков и, в знак благодарности, попыталась мне улыбнуться. Её лицо перекосилось в зловещей гримасе. Из лопнувших губ потекла густая, наполовину спёкшаяся, кровь.
- Не утруждай себя, дорогая - мягко прикоснулся я к её плечу, и она не заставила себя долго упрашивать, провалившись в очередное забытьё.
Я дальше повернул голову и увидел девочку, лет семи. Она тоже обгорела, но совсем немного. Рядом лежали её родители. Повидимому, они приняли на себя удар огненного смерча, что помогло выжить девочке, зато сами превратились в кучу тлеющей массы.
Я жестом предложил ей пиво, и она с жадностью осушила половину бутылки. После чего, свернувшись клубочком, моментально заснула.
Допив оставшуюся жидкость, я решил выбраться на разведку. В моей голове творилось невообразимое замешательство. Я отказывался понимать происходящее. Хотелось закрыть глаза, заснуть и проснутся в родном доме, но, пересилив минутную слабость, я заставил себя подняться. Пошатываясь, я выбрался из пещеры, и моему взору предстала безжизненная земля. В воздухе продолжали летать пепел и гарь, напоминая лёгкие кружащие снежинки, но только чёрного цвета.
- Если это Божья кара, то человечество здорово насолило Господу - выдавил я спёкшимися губами.
Но мне за, что такое наказание? Ведь я всегда придерживался библейских заповедей. Как там? Не воруй. Так и было. Я за свою жизнь ничего не украл. Правда, если опустить несколько мелочей, но нельзя же за них так наказывать. Ладно, какие там ещё заповеди? Не прелюбодействуй. Да я всегда любил свою жену и сейчас люблю. Ну, были со стороны одна, две, так это же не по любви, да и было очень давно, что и вспомнить страшно. Хорошо, проехали, есть же ещё заповедь. Не лги. Эту заповедь я полностью исполнял. Ну, пару раз выкрутился. Далее, признай Бога и кажется единственного. Конечно, Бог один это все знают, ну и рядом Никола угодник и этот, как его... ну, бывший царь, тоже Никола... Что ещё? Почитай родителей. Тут я согласен, правда не попал на похороны к матери, но у меня была уважительная причина. Вспомнил, наконец. Почетай Господа и не делай из него идола. Нет, не покланяйся идолу. Я и не поклонялся, правда, не идолу и не Богу. Не упоминай имя господнее в суете. А у меня вся жизнь прошла в суете. Вспомнил ещё. Не убий. Тут я совершенно чист. Ведь не считается же, в конце концов, несколько убитых кошек в детстве, правде для забавы.
- Да - опять я выдавил в слух - Выходит, хоть и живёшь тихо, а помаленьку везде грешок накапливается. А когда это самое "маленько" вырастет, то приходится расплачиваться сполна. Как говорится: "Не согрешишь - не раскаешься, не раскаешься - не получит прощения. Если его вообще возможно получить.
- Стоп, раскаянье. Вот, что необходимо. Ведь даже Иисус рассказывал притчу о раскаявшемся блудном сыне, который промотав родительское состояние, вернулся с раскаянием домой и отец его простил.
Интересно, а сейчас не поздно позаботится о своей душе? Наверное, поезд ушёл. Хотя не такие у меня великие грехи, что бы за них долго выпрашивать прощение. Ладно, о душе позаботимся позже. Сейчас главное найти пропитание и воду.
Здесь на пустыре в нормальное время тяжело было найти пропитание, тем более после огненного смерча. Пришлось отправляться в город, если это название ещё существовало. Город находился примерно в двух милях от нашей пещеры. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что он выгорел не полностью, а значит и шансы на поиски пропитания, значительно увеличивались.
Первой находкой оказалась зажаренная собака, но я не стал торопиться домой. Во-первых, необходимо срочно найти воду, а потом в пещере просто не с кем разговаривать и это обстоятельство угнетало. Далее на окраине я наткнулся на целую кучу лошадиных трупов. По-видимому, здесь располагался конный завод. Такое богатство мясными продуктами меня воодушевило. Спускаясь с пригорка, я обнаружил небольшое движение в лощине. Подойдя ближе, я увидел полуживых собак, вернее неизвестных животных. Они были гораздо больше собак, но меньше медведей. Нечёсаные шкуры волочились следом, да и движения у них были очень медлительными. Территория оказалась занятой, но меня не смутило нежелательное знакомство, и я подошел ближе. Изголодавшиеся твари, по-видимому, очень захотели пить и гуськом потянулись к ближайшему лошадиному трупу. Разрывая обожжённой лошади живот, из которого вытекала густая жидкость, помесь запёкшейся крови, жира и брюшных нечистот, животные с жадностью лакали свою добычу. Хотя я испытывал потребность в воде и пище, от одного вида потребляемой жидкости, меня вновь вырвало кровью. Я обозлился на собак и громко крикнул, чтобы они убирались прочь.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 20-01-2007 20:43
. Ближайшее существо подняло морду и я застыл в ужасном ознобе. На меня смотрел получеловек.
Мое оцепенение, казалось, длилось вечность. Как мог человек опустится до животного образа за такое короткое время.
- Сам пошёл - огрызнулся ближний - не мешай жить, а то долго не протянешь.
- Вы же люди. Так жить нельзя. Вы должны бороться. Пошли со мной и возможно удача нам ещё улыбнётся.
- Сам иди своей дорогой, а мы здесь счастье нашли. Что
надо человеку, здесь всего вдоволь.
- Да вы же опускаетесь до скотского существования.
- Нечего нас оскорблять. Пошёл отсюда. А ещё раз приблизишься, убьём.
Полулюди подняли головы, но вместо слов, просто зарычали, тем самым давая понять, что угроза не пустяковая. После чего они стали брать меня в кольцо. Я быстро покинул неприятное место, но дальнейшие поиски не увенчались успехом. Казалось, госпожа Фортуна напрочь забыла обо мне на сегодняшний день. Я вернулся в пещеру, подобрав найденного щенка, но в этот день никто не притронулся к еде. Я не хотел, девочка спала, остальные лежали без сознания.
На второй день я поставил себе невыполнимую, по сути, задачу, а именно без воды не возвращаться. Если бы я знал где в городе находились склады или магазины, то задача сказалась бы на много проще. А так как развалины похожи одна на другую, то приходилось разгребать подряд все дома.
Когда я копался в пятом или шестом доме, внезапно услышал человеческую речь. Наученный горьким опытом о негостеприимности на конном заводе, я затаив дыхание мгновенно спрятался за ближайшую стену. Подождав пару минут, я осторожно заглянул в щель. Их было десять человек. Такие же обезображенные они с усердием добывали себе пропитание. Я слился со стеной, продолжая с любопытством наблюдать за слаженной работой. В действиях людей всё больше проглядывался порядок. Когда же они нашли около моей стены несколько уцелевших бутылок с жидкостью, я не выдержал и от накатившей обиды, заплакал, как ребёнок.
- Э-э, да здесь ещё один живой. - удивился самый большой из них - Хватит отчаиваться приятель, пошли лучше с нами. В компании оно и помирать веселее.
- Мне очень нужна вода - выдавил я через ком обиды.
- Вода нужна всем. Её очень мало и пока мы не нашли источник, так и быть пару глотков выделим.
- Но, но - продолжал я всхлипывать, давя на психику - У меня в пещере очень больная жена и маленькая девочка с родителями.
- А ты приводи их к нам. Мы организовали подобие полевого лазарета. Места всем хватит. Там и воду получите по жребию. А то сам пойми воды мало, больных хоть отбавляй.
- Они не ходят. Они совсем неподвижны. Их нельзя тревожить. Иначе они просто умрут.
- Ладно - сжалился самый большой - Завтра мы подойдём к вам кого-нибудь на помощь, а пока думаю двух бутылок хватит. Но мы помогаем не безвозмездно. За оказанную услугу ты обязан осмотреть овраг. Поговаривают, в районе пещеры до катастрофы пробивался небольшой родничок. Если он ещё существует, значит, основная проблема будет решена. Это понятно? И ещё, в дальнейшем ты обязан всё найденное показывать нам, а мы производить делёж по справедливости. Если тебя устраивает наше предложение, две бутылки твои - и он бережно передал мне пару бутылок с жидкостью.
- Обязательно устраивает, иначе сгореть мне в огне.
Подобие улыбки тронули обгорелые лица, а я уже торопился к своей пещере. Но рано я радовался. В моих бутылках был яблочный уксус, непригодный для питья.
На следующий день не успел я подняться, как в нашу пещеру пришёл гость. По осанке и голосу я определил, что это женщина, хотя её лицо покрывала сплошная вздувшаяся корка.
- Вчера мы очень поздно узнали, что в бутылках оказался уксус. Поэтому я пришла пораньше. Вот вода и немного мяса.
Вода оказалась кстати. Все больные буквально умирали от жажды. Но к еде, кроме меня никто не притронулся.
Оставив своих больных на попечение женщины, я отправился в овраг. Побродив полдня по наполовину остывшим кускам лавы, я в изнеможении опустился на выпирающую породу. Когда, полностью восстановив силы, я поднялся, то по привычке стряхнул сзади песок. Каково же было моё удивление, когда я наткнулся рукой на влажную штанину. Вторые полдня я потратил, очищая бьющую из под земли жизнь. Но вода, пробивавшаяся сквозь выжженную почву, напитавшись гари, оказалась отвратительная на вкус. Хотя в нашем нынешнем положении и вонючий глоток принимался за счастье.
Когда проблема с водой разрешилась, медленно, но уверенно надвинулась проблема с едой. Лежавшие на поверхности туши, под влиянием, хотя и тусклого солнца, начинали портиться. А так как туши животных был наш основной продукт, то мы сначала срезали вонючее мясо, а более свежее прятали по прохладным подвалам. Некоторые куски мяса умудрялись подсолить, хотя соль умудрялся находить только один человек, а именно наша семилетняя девочка. Но долго так продолжаться не могло, и когда закончились продукты на поверхности, мясо, находившееся в подвалах, выдавалось только в лазарет. Что бы остаться на плаву, ходячим приходилось жрать тухлятину.
Первое время от употребления вонючего мяса, меня постоянно рвало, но потом я приспособился. Или затыкал себе нос и нюхал, что-нибудь угарное, или подкапчивал разлагающиеся куски. После чего клал в рот небольшой кусочек и быстро проглатывал, а чтобы после очередной порции не стошнило, до боли напрягал память, представляя, что проглотил кусочек деликатеса или сладости.
Но это единственное пропитание тоже было не вечно. Также отсутствие живых животных не предвещало ничего хорошего.
После небольшого раздумья я решил навестить своих знакомых на конезаводе, возможно там не всё прогнило. Но, уже подходя к запретной территории, от, волнами накатывающего, вонючего запаха, мои надежды полностью улетучились. Я уже хотел повернуть обратно, как вдруг заметил движение. Оставшиеся в куче гниющих останков, не покинули своей обители, они просто съедали самого слабого, продлевая себе собачью жизнь.
Второй немаловажной проблемой, оказались ожоги. Хотя раны быстро покрывались коркой, но когда она лопалась, гной ручьем стекал по истерзанному телу, причиняя невыносимую боль. Отсутствие не только лекарств, но и перевязочных материалов не могло продлить жизнь больных. Как не странно, люди пока не умирали. Они просто гнили заживо. На спасение не оставалось надежды. Последние, проклятые жители земли, погибали на ими же изгаженной планете.
Оставалось одно, вымаливать у Господа прощение не только за свои грехи, но и за содеянные грехи наших предков. Надеяться, как гласит Библия, что Бог - есть любовь, и он не оставит без внимания своих раскаявшихся детей. Но и здесь оказалась небольшая проблема. Оставшиеся в живых имели самое скудное познание о Библии. А ведь мне предлагали её изучить, но я сослался на занятость. Да и все святые места, по крайней мере, в нашем округе, были уничтожены. Выход из затруднительного положения нашёлся чисто случайно. Кто-то вспомнил, что Иисус ходил молиться не в синагогу. Он удалялся на возвышенность и там просил совета или крепости духа у своего небесного Отца.
С этого момента мы регулярно поднимались на холм и умоляли Господа о прощении. Так как лежачие больные не могли с нами подниматься на гору, то мы после своеобразной мессы, по очереди спускались в лазарет, где вместе повторяли скудные библейские строки. Но сколько мы не старались, ничего не происходило. Мы, обречённые на голодную смерть или смерть в нечистотах, сгнивая заживо, оказались последним земным проклятием. Мы слабели с каждым прожитым в муках днём, продолжая питаться нечистотами для продления своей грешной жизни. Но, как говорится: надежда умирает последней - и мы продолжали верить в чудо, прощение и спасение.
Постепенно мы потеряли счёт времени, находясь в проклятом аду день, год, сто лет. Когда большая половина нашей группы лежала без сил, изнывая на палящем солнце, кто-то заметил движение в небе. Возможно это Божье знамение, приободрились мы. Но только на следующий день, различили плывущие по небу белые облака, похожие на огромные страусиные яйца без скорлупы. Они летели строгими рядами, заполняя всё небо до самого горизонта.
- Что это? - спросил изможденный мужчина.
Его вопрос остался без ответа, так как никто из нас не знал значение странных облаков, и каждый боялся высказать свою догадку.
Когда "яйца" пролетали над головами, нам представилась возможность их разглядеть. Похожая на белок масса нежно передвигалась вокруг серо-жёлтого сгустка, в котором имелись красноватые вкрапления.
- Это, новые жители планеты. И нет нам прощения за содеяное - грустно подытожила одна женщина - После того, как новые жители полностью заполнят планету, нас просто выметут как лишний мусор из комнаты. По видимому Господу не удался эксперимент с созданием разумного человека, и он решил испробовать новую форму жизни. Человечество осталось самым глупым существом на свете. Со времён Адама и Евы оно только и делало, что противилось Богу, а свой недалёкий умишко, ставило наперекор вселенной. На самом же деле оказалось, что человечество по отношению к Богу равнозначно годовалому ребёнку по отношение к убелённому сединой Отцу. И что в ответ остаётся делать отцу с непокорными детьми? Он наказывает непослушного.
- Вот именно наказывает, а не убивает. И потом, почему
ты уверена, что это новые жители?
- Они похожи на яйцо. Яйцо - это форма жизни, а красные
вкрапления, своеобразный зародыш.
- А если это знак свыше? - не унимался я, хотя после
довода с яйцом вера почти угасла.
- Хватит вам спорить - вмешался мужчина - Время покажет. Тем более осталось ждать недолго.
Но движение продолжалось ещё неделю, и мы постоянно терялись в догадках. В конце концов, всему приходит конец, так же внезапно пришёл конец и небесному движению.
Одно из "яиц" над головой лопнуло и большими каплями полетело на землю. Рядом со мной капля упала на землю и зашипела, как кислота на щёлочи. То там, то здесь белковая масса разрывалась, проливаясь на землю слизистым дождём.
- Вот и дождались очередного испытания - грустно подытожил мужчина, закрывая глаза - но для меня оно последнее.
Вокруг шипела и пенилась земля. Я пытался уползти в пещеру, уворачиваясь от капель, но силы меня покидали с каждым движением. Наконец я успокоился и отдался на божью милость, впадая в забытьё. Сквозь шум дождя слышался громкий здоровый смех умирающих безумцев. Я собрал последний силы и оглянулся посмотреть над чем они смеются. Несколько капель упало мне на глаза, застилая зрение кровавой пеленой. Ну, вот и конец...
Как ни странно, но я не ослеп и даже наоборот мог видеть без очков. И тут я понял, что долгожданное прощение ниспослано. Очищающий от скверны, коросты и болезней дождь, казалось, проникал в душу, наполняя её неописуемой радостью. Мои силы восстанавливались с каждой каплей. Рубцы от ожогов затягивались, морщины разглаживались.
Я повернулся и увидел мужчину. Мы счастливо обнялись, как родные братья. Я спустился в пещеру и вытащил жену на поверхность, укладывая рядом с родителями девочки. Чудесный дождь мгновенно восстановил силы, и она поднялась.
Мы долго стояли не чувствуя усталости и наслаждались увиденным. Корка выжженной земли смывалась очищающим дождём, давая жизнь шелковистой траве и деревьям. И хотя мы прекрасно понимали, что впереди многолетняя работа по восстановлению загубленной земли, на лицах людей были счастье и радость. К нам подошёл сын и мы не удивились великому сотворённому чуду которое по силам только небесному Отцу.
Когда я открыл глаза, то увидел всё то же пятно.
- Я видел и ощутил на себе конец света. И мой крест сообщить всему человечеству о надвигающихся переменах, в которых ты или погибнешь как собака, или получишь прощение - тихо прошептал я под впечатлением увиденного - Но что бы получить прощение необходимо жить по закону Бога.
И я поплёлся на кухню, прихватив на ходу сигареты. Небольшая хрустальная люстра тихонько позвякивала. Рассвет тонкой полоской осветил горизонт... ЧТО-ТО НАДВИГАЛОСЬ.

КОНЕЦ.

Группа: Незарегистрированные пользователи
Сообщений: 616
Добавлено: 21-01-2007 13:53
Дурак, Смерть и Любовь.

Он был дурак дураком. Про таких говорят: блаженный. Раньше говорили, вернее. Раньше жалели. Теперь бьют и смеются. Даун, мол, имбецил. Словно сами поумнели с тех пор на три порядка. На самом деле всего лишь нахватались умных медицинских терминов, смысла которых сами не понимают, да стали злыми. Вернее, не злыми – просто никакими. Плевать им на тех, кто рядом, на тех, кто ниже их, даже на тех, кто выше…Себя только замечают и живут только собой.
А он был дурак и в силу своей наивной дурости пытался их полюбить. Всех скопом, не глядя, кто из них хороший, кто плохой. Пытался любить и злых, и добрых. Добрых любить было легко: они сами пожалеют, скорбное личико сотворят, сунут мелкую денежку - ступай, мол, убогонький, с Богом. Злых – труднее. Те только пальцами на него показывают да смеются, словно он не человек вовсе, а обезьяна. Совсем трудно – равнодушных. Они проходят мимо, и ни морщинки на лице не заляжет, ни один нерв не дрогнет. Скользнут взглядом, словно по пустому месту, и дальше идут. Честное слово, лучше бы уж смеялись и пальцами показывали…
Но он не терял надежды. Раскрывал навстречу каждому мягкое и теплое свое сердце: люди, позвольте мне любить вас! Позвольте молиться за вас! Я не прошу у вас хлеба. Не прошу денежку малую – на жизнь мне Бог подает больше, чем у многих из вас оклад вместе с премией и тринадцатой зарплатой. Я прошу только: позвольте мне любить вас.
А люди шарахались от него. Даже самым добрым людям было неловко, когда их так искренне пытаются полюбить. Даже самые добрые и сердобольные не хотели, чтобы их любили такие, как он. Какой-то мужичок в помятой кепке, с которым он стоял в длинной очереди за чем-то съедобным, даже ударил его, когда он попытался подарить ему искренний и добрый сонет, сочиненный за пару минут. Но дурак не обиделся. Он не умел обижаться, потому что был дурак дураком.
- Прости меня, - попросил он этого неприветливого мужичка, поднявшись с заплеванного пола, - Прости, я не со зла.
- Пошел ты на… - мужичок снова его толкнул, - Даун долбаный.
Не нужна была его любовь людям. И сам он был никому не нужен.
Соседи вечно занимали у него деньги, обещали вернуть, но никогда не возвращали.
- Им нужнее, - догадывался дурак и безропотно отдавал почти ненужные ему бумажки.
Соседи пили беспробудно. Напивались и приходили к нему – бить морду.
- За что? – вяло интересовался он, привычно подставляя под мастерский хук соседа левую щеку.
- За то, что, падла, мы тебе кучу денег должны. А ты нам снова одалживаешь, - объяснял сосед, - Купить нас хочешь, сволочь?
Не укладывалось в его проспиртованных мозгах, что кто-то на свете может просто и бескорыстно его любить и в силу своей любви давать ему деньги просто так, даром.
Дурак раскрывал перед ним свой бумажник, протягивал ему:
- Бери, сколько надо. Мне совсем-совсем не жалко.
- Покупаешь, гад?! – вопил сосед и снова бил дурака по лицу – жестоко, зло, выбивая зубы.
А потом выгребал дочиста содержимое бумажника и отправлялся за дешевой водкой в ближайший ларек.
Однажды мир сошел с ума. Люди бросились убивать друг друга. Обозначили друг друга непонятными цветами: красные, белые, зеленые, синие, коричневые…Обозначили – и принялись убивать тех, чей цвет им был несимпатичен.
- Остановитесь! – кричал им дурак, насмерть перепуганный чужим горем и чужой смертью, - Что же вы делаете?
- Уйди, дурак, - огрызались на него красные.
- Родина в опасности. Мы спасаем ее, а ты нам мешаешь, - культурно и вежливо говорили белые, - Не мешай, уйди в сторонку.
Зеленые глядели на него озаренными какой-то непонятной благодатью лицами и молча палили из огромных пулеметов во всех вокруг, не разбирая, кто какого цвета. Только в дурака почему-то они не стреляли.
Синие принялись уговаривать его взять в руки оружие и встать в их ряды, чтобы научить людей искренне и чисто любить друг друга.
- Но разве можно учить любви, убивая? – удивлялся дурак.
- Только так и можно! – горячо проповедовал главарь синих, - Добро должно быть с кулаками.
И тут же отдавал приказ расстрелять пленных, не воспринявших светлых идей всеобщей любви.
Горько плакал тогда дурак. Не понимал, отчего, но плакал навзрыд, захлебываясь слезами. Наверное, оттого, что понимал: вот, эти умные и светлые люди делают правильное дело, учат любви, а он, дурак, не умеет так - воротит его, дурака, с души, от этих чистых идей и вселенской любви с автоматом в руках. Что его маленькая чахлая любовь по сравнению с этим могучим порывом души, ведущим людей в бой?
Коричневые увидели дурака и тут же пригвоздили к кресту.
- Неполноценный человек! – кричали они, - Унтерменш! Смерть ему!
Рядом с ним на таких же крестах висели негры, китайцы, дауны – все, кто не подходил под выдуманный коричневыми стандарт человека.
Негры матерились на непонятном дураку языке. Китайцы плакали, кривили узкоглазые лица.
Дауны улыбались. Морщились от нестерпимой боли, но улыбались. Наверное, они тоже не умели ненавидеть и обижаться, как и дурак.
Дураку было больно. Так больно, как никогда в жизни не было больно. Из глаз его сами собой катились слезы, из горла сам собой рвался крик. Но еще больнее было его сердцу, не умевшему вместить столько боли и зла, сколько было вокруг.
И пришла к дураку Смерть.
- Сойди с креста, - предложила она, - Стоит ли мучиться? Я дарю тебе возможность сойти с креста.
- Прямо так и даришь? – усомнился дурак: ему всегда казалось, что Смерть никогда ничего не делает просто так.
- А ты дурак, да не дурак, - одобрительно закивала черепом Смерть, - Если сойдешь с креста, я получу за одну твою жизнь неплохую компенсацию оттуда, - она ткнула костью в небо, - Как раз хватит на небольшую ядерную войну.
- Но ведь тогда погибнут люди, - догадался дурак, - Так нельзя. Прости меня, пожалуйста, но я откажусь.
- Не будь дураком, дурак! – рассмеялась наигранно Смерть, - Что тебе эти люди? Им давно уже пора на тот свет. И желательно подальше от рая. Злые, самовлюбленные, жадные – разве им место на Земле? Неужели тебе кажется справедливым, что ты умрешь, а они будут жить?
- Но ведь они просто глупые. Они пытаются научиться любить друг друга, - горячо заспорил дурак, - Я видел! Синие – они вон, какие молодцы!
- Так что ж ты не с ними? – ехидно заметила Смерть.
- Мне до них далеко, - печально признал дурак, - Я не смогу убивать во имя любви.
- Ох, святая простота, - вздохнула Смерть, - Смотри же…
И она показала дураку, как главарь синих сам режет людей – детей, женщин, стариков. Режет и хрюкает от удовольствия. Показала, как синие проходят по городам и весям, а за ними остаются лишь пожарища и разорение.
- Не разбив яиц, не пожаришь яичницы, - вещал главарь синих своим последователям, объясняя свою жестокость, - Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…
И дурак заплакал. Заплакал оттого, что дурак.
- Ну так что? – жадно потирая кости – руки, спросила Смерть, - Сойдешь с креста?
Дурак смотрел на охваченную горем, пожарами, политую кровью землю, на злых и жестоких людей. Неужели они все такие? Неужели среди них нет никого, кто просто готов любить своего ближнего?
- Сойди с креста, - шептала Смерть, - Спаси себя.
И вдруг дурак почувствовал, как сердце его стало очень мягким и теплым. Он смотрел на коричневых палачей, стоящих под крестом, и видел в них маленькие, тусклые искорки чего-то светлого. Любимая мама…Пушистый котенок…Маленький сынишка…Кружка холодного вкусного пива в компании верных друзей…Речка рядом с домом…Первый поцелуй…И надежда – слабая искорка веры во что-то хорошее…
Эти искорки горели в каждом – даже в вечно пьяном соседе. Даже в главаре синих. Горели – и упрямо не гасли. Они были так прекрасны, эти маленькие огоньки, эти крохотные крупицы света…
- Не могу, - покачал головой дурак.
- Почему? – удивилась Смерть и вдруг страшно закричала: - Почему, дурак?!
- Потому что я люблю их всех, - улыбнулся дурак виновато и умер…
Ядерная война так и не состоялась.

Группа: Участники
Сообщений: 35
Добавлено: 30-01-2007 02:30
a ja skazki pisala ran'she. Poslednee vremja net. Hotite zakidaju?

Группа: Участники
Сообщений: 622
Добавлено: 30-01-2007 11:01
Хотим, конечно.

Группа: Участники
Сообщений: 0
Добавлено: 30-01-2007 12:10
Ребята, спасибо за рассказы !

Плачу и страдаю вместе с их героями от боли душевной и от любви, как Габриэлла и Эллао.
Переживаю Аппокалипсис и чувствую мысли дурака. Спасибо !

Группа: Участники
Сообщений: 35
Добавлено: 30-01-2007 15:25
Маскарад

это был очень странный мир, в котором жил главный герой нашей сказки. Все в нем было не так как могло бы показаться на первый взгляд. И наш герой там был далеко не главный.
Особенность же мира заключалась в том, что все в нем носили маски. Количество и эксклюзивность масок говорили о статусе человека, о его положении в обществе. Поэтому люди не жалели на них ни фантазии, ни времени, ни денег. Маски были самые разнообразные. Из дерева, из пластика, из золота и других металлов, из кожи, из перьев, разукрашенные красками, бисером, блестками. Почти каждый имел там как минимум стандартный, классический набор масок, без которых жизнь представлялась вообще не мыслимой. Маски носили везде и всегда. На работе, на вечеринке, в церкви и даже когда спали друг с другом, их не снимали.

Наш герой, как он о себе думал, был тоже особенным в этом особенном мире.. Он часто сидел у окна и вглядывался в людей и их маски. И он не понимал зачем они их носят. Порою он спрашивал у них, зачем, но большинство из них сами толком не знали или вообще не понимали заданного вопроса. И лишь некоторые давали ответы типа:

Без маски я чувствую себя голым
Без маски я никто
Без маски мне скучно жить
Без маски меня определят в психушку
Я хочу быт как все
Просто так должно быть и все.
...

Сам главный герой был очень печальным, меланхоличным человеком. Он с тоской смотрел на все и всех и ничто не радовало его. Многие годы он отказывался надевать маски. Улыбки, яркие краски, блеск - все это иллюзия - говорил он, - надо быть самим собой.

Но как то раз он влюбился. Она прошла мимо его окна, на высоких каблучках, в капрончиках, такая легкая, такая красивая! Он был очарован. он хотел очаровать ее, завоевать ее сердце. Но увы, он был слишком тусклый мрачный и невзрачный, чтобы вообще хоть кому нибудь понравиться.

Раз в год в том странном мире устраивали всеобщий международный праздник-маскарад, куда съезжались люди со всех концов. Он знал что там будет ОНА. Знал что опять будет конкурс "лучшая маска мира". Целый год он мастерил и украшал свою новую маску, решив выиграть конкурс, желая обратить на себя таким образом ее внимание. И маска действительно удалась на славу. Ослепительная улыбка, чистое золото, идеальные черты лица.
Он выиграл этот конкурс. И не только ОНА заметила его и не только ОНА отдала ему свое сердце. Некоторые мужчины завидовали его успеху, а некоторые даже обозлились.

Однажды вечером, когда он прогуливался с ней у реки, его подловили и надавали по морде. Маска, разбитая и помятая, слетела с его лица и укатилась в воду. ОНА увидела его, печального, в слезах, разочаровалась и ушла. Он почел домой, грязный, побитый и совсем отчаявшийся. по дороге он встретил старичка торговавшего разной разностью. тот остановил его и предложил купить у него зеркало.

- Зачем мне зеркало? - спросил наш герой.

- Чтобы ты хоть раз посмотрел на себя. - отвечал торговец.

- Я знаю как я выгляжу. Я сотни раз смотрел на себя в зеркало. И всегда видел одно и то же - себя.

- Нет, молодой человек. До сих пор ты себя не видел. Ты видел свою маску. Я тебе продам особое зеркало, в котором ты увидушъ именно себя.

- Я не ношу масок. А единственная, которую я совсем немного поносил, утонула в реке.

- Купи зеркальце, не пожалеешь.

- Хорошо. Что ты за нее хочешь?

- Твою маску

- У меня нет маски. Она утонула. Ты что, глухой?

- Может я и глухой, но я не слепой. Твоя маска на тебе. Давай я тебе дам зеркало и если ты увидушъ ее, то отдашь ее мне.

- хорошо.

И он посмотрел в зеркало и увидел как его лицо, грустное, бледное и печальное, треснула пополам. Он провел руками по лицу и оно осталось у него в руках.

- Что это? - удивился он.

- Это твоя маска.

- Но я ведь не ношу масок! Я ее никогда не надевал! Да я их терпеть не могу!!!

- Наш мир особенный - спокойно отвечал старик - и его особенность заключается в том, что здесь носят маски ВСЕ, без исключения, не зависимо от того, знают они, отдают ли они себе в этом отчет, или нет. И ты тоже никогда не был исключением.

- елки зеленые! - только и смог промолвить наш герой.

Группа: Участники
Сообщений: 35
Добавлено: 30-01-2007 15:25
Путь к Нирване.

Далеко далеко, в неизвестной русской деревушке появилась на свет редиска. Это конечно не совсем верно, сама редиска находилась в земле, только ее волосы выглядывали наружу. Редиска себе очень нравилась и считала себя чем-то особенным. Она была очень красивая, с длинными зелеными волосами, которые блестели на солнце, когда огромные двурукие рабы поливали их водой. У нее было округлое тело, цвет которого создавал красивый контраст с волосами. Редиска имела прекрасную возможность созерцать себя и сразу два разных мира, мира над землей и под землей. Она этому была очень рада.

Но как-то раз на ее мир, который племя редисок называло огород, произошло нашествие страшных чудовищ. Они могли передвигаться с одного места на другое и своими когтистыми лапами они разрывали грядки и большущими, редиска так и не поняла чем, клевали всех подряд.

Редиска пришла в ужас от увиденного. Со всех сторон она улавливала импульсы своих братьев и сестер, чувствовала что они умирают. Редиска потеряла на какое-то время сознание, а когда очнулась, обнаружила, что почти все умерли и те, кто выжил, были серьёзно повреждены. Была ночь, выли собаки и редиска содрогалась от рыданий.

- Я самая одинокая и несчастная редиска на земле, нет - в земле. - всхлипывала она, - лучше бы я умерла со всеми...

Но прошло несколько дней, и редиска оправилась от шока, также как и оставшиеся в живых. Жизнь опять стала прекрасной, и она радовалась солнцу, воде, земле и восхищалась собой.

- Как все же хорошо, что я выжила! - говорила она, - Жизнь так прекрасна, как и я.

Так и жила редиска в своей грядке пока не выросла. К тому времени погода изменилась, редиске было холодно и ее настроение подпортилось. Она мечтала о том, что когда-нибудь сможет перемещаться как те чудовища и окажется в теплом месте. И однажды утром случилось чудо - большущая рука раба схватила ее за волосы и выдернула из земли.

-ВАХ! - воскликнула редиска, - я могу с помощью своих желаний воздействовать на свое будущее и весь мир солнца готов мне помочь в этом! Какая я все же особенная редиска!

Счастью редиски не было предела. Она была в этот момент самой счастливой редиской на свете.

Но рука зверски оторвала ей волосы и отбросила в сторону. С редиской чуть не случилась истерика.

- Мои красивые волосы! Что он сделал со мной! Боже, какая я теперь уродина!
Но прошло ещё несколько секунд и редиску осенило, и она резко поменяло свое мнение. Она почувствовала такую легкость в теле. Она раньше и не догадывалась, какой груз держала на себе в форме волос.

Самадхи - это облегчение - сказала она и только расслабилась
и начала предаваться экстазу, как вдруг те же руки грубо бросили ее в чашку, больно ударив при этом о стены. Редиска возмутилась до глубины души.

- Урод! Грубиян! Как ты смеешь так относится ко мне, редиске?! Стоит мне пожелать и ... хррр...

Редиска захлебнулась, чашку в которой она была, наполнили водой. Через короткое время руки подхватили ее со дна и начали мыть, очищая ее от земли, а по мнению редиски конечно массировать.

-О! Воскликнула она. Если бы я знала твои намерения, раб и что ты так классно можешь делать "гавайский массаж", то я конечно бы не возмущалась. Продолжай....ммм...

Редиска чувствовала себя как в мусульманском раю, ток с той разницей что не женщины были там прислугой, а они сами кайфовали. После того как ее помыли, ну или сделали массаж, у каждого своя точка зрения, ее положили на стол, взяли ножик и стали резать. Редиска орала, вопила и протестовала всем своим нутром.

- Караул! Спасите, помогите" Режут, убиваюуут! ... Я из рая попала в ад. Что эти людишки делают со мной? Столько времени ухаживали за мной, растили, для чего? Что бы сейчас порезать на кусочки? Моя судьба ужасна - и редиска заплакала.

Через время она почувствовала, что ее осторожно положили на что-то мягкое. Она боялась посмотреть по сторонам, боялась того, что ее ещё может ожидать. Но любопытство все же взяло верх и она осмотрелась

Редиска возвышалась на горе салата, тем самым, занимая самое почетное место. Ее форма тела преобразилась и напоминала распустившуюся розу. Редиска тут же забыла все то, что ей пришлось пережить, для того что бы стать такой красавицей.

-Красота требует жертв- подумала она. - Теперь я самая красивая редиска в мире и превознесена выше всех, все поклоняются мне.

Вскоре заиграла музыка, ее вместе с салатницей поставили на стол рядом с другими ее сородичами. Над ними возвышались рабы и тыкали в них вилками и ввергали их в бездонные пропасти, называемые пропастями.
Редиска не боялась быть съеденной. Она чувствовала себя царицей мира солнца и считала что держит все под контролем. И действительно ее не трогали, а остальных съедали. Потом люди встали и пошли танцевать.

- Ну вот. И на шабаше людском успела побывать. Какие дикие пляски, какой концерт и все ради меня! - так размышляла она.

Но снова с редиской случилось несчастье. На нее что-то прыгнуло, большое и лохматое. Салатница упала на пол, и редиска укатилась под диван. Она оказалась в полумраке и испуганно наблюдала за тем, что творилось в комнате. Какая-то из рабынь подбежала к столу, схватила чудовище за шкирку. В ответ чудовище разразилось душераздирающими тирадами, типа "ММЯАУУУ", но быстро было вышвырнуто из комнаты. Вскоре люди стали расходиться, музыка исчезла в никуда, в зале наспех убрались и включили свет. Редиска осталась в темноте одна.

-Как они могли так быстро забыть меня? Они даже не заметили моего исчезновения. Может и не ели они меня, не потому что я для них табу, а потому что я не вкусная... - причитала она.

-Хе, хе - раздалось где-то рядом. - Ты думаешь ты так важна в мире солнца? Я тоже так думал в свое время.

-Ты кто? - спросила редиска.

-Я хлеб. Я сухая крошка хлеба. Я наблюдал за тобой во время пиршества. Тебе ещё предстоит много узнать об этом мире и понять, что он не кружится вокруг тебя и ради тебя.

-Как ты смеешь такое предполагать, жалкая черствая крошка??! Мой опыт большой. Я познала Самадхи, ад и рай (гавайский массаж), кто ты по сравнению со мной?

-Я крошка хлеба. Вот уже несколько дней я лежу здесь под диваном и созерцаю мир людей. И я пришел к выводу, что во многом ошибался, как это делаешь ты сейчас. Я тоже думал, что люди рабы, но на самом деле это они используют нас. Хотя и это тоже только одна из моих интерпретаций их поведения. У тебя нет выбора. Сиди тут и смотри и сама делай выводы.

-Жизнь странная штука - вздохнула редиска - И познать ее трудно.

-Это верно - согласилась крошка.

Так лежали они несколько дней и дискутировали о мире солнца, о людях, о кошке, о ящике называемом телевизором. Со временем редиска начала дрябнуть. Ее тело обмякло и сморщилось.

-Тебя вырвали из твоей нормальной среды. Тебе нужна вода и минералы из земли и солнце от неба. Ты умираешь - сказал крошка.

- Я вялая роза - сказала редиска. - Я познала жизнь, настало время познать и смерть.

И тут как по ее желанию диван немного отодвинулся и детская ручонка осторожно взяла ее за кончик и подняла.

- Иии! РЕДИСКА! - раздался брезгливый голосок. - Мам, смотри, что я нашла!

- Свет, ну что ты мне тут всякую ерунду суешь? Ну не нужна мне редиска! Иди выкинь ее и не бери больше в руки все что попало.

Девочка выкинула ее в помойку и вскоре она и все остальные отброски общества попали в специальную машину для измельчения. Получившееся месиво потом люди применяли как удобрение для огорода. (на счет этого я не уверенна, не знаю, ну да не так важно).
Редиска не общалась ни с кем, и все остальные молчали и думали каждый свое.

- Самадхи - это компост - успела подумать редиска прежде чем провалиться в нирвану.

Группа: Участники
Сообщений: 35
Добавлено: 30-01-2007 15:27
Бяка

дул сильный ветер. Верхушки деревьев расскачивались то в одну сторону, то в другую. А бяка сидела в своем теплом домике закутавшись в теплую мамину шаль и смотрела одним своим глазом в маленькое окошечко на улицу.

Бяка жила в лесу. Ее домиком был большой старый дуб, внутри которого от времени образовалось небольшое помещение, которое идиально походило маленькой бяке для житья. Мама прежде чем оставить ее здесь, смастерила ей маленькую кроватку и столик со стульчиком. На прощание бяка получила от мамы пуховую шаль, в которую она тут-же закуталась и больше не снимала. Когда мама уходила, бяка ничего не сказала. Бяка не умела говорить. А может не хотела. Скатившуюся слезинку из ее единственного глаза, она быстро вытерла, чтобы мама уходя не переживала за нее. Пусть она думает что все хорошо. Пусть она думает, что бяки не умеют плакать.

Оставшись одна, бяка села на стульчик возле окна и смотрела как ветер заметал снегом ее входную дверь. Она сразу же полюбила ветер. Вы думаете бяки не могут любить? Ошибаетесь. Они просто не говорят об этом. Они ведь не могут говорить. Или не хотят.

Ветер был таким шумным, что заглушал те голоса оставшиеся в памяти бяки, голоса, которые, как ей казалось, уже никогда не изчезнут из ее головы и будут преследовать ее всю жизнь.
-Бяка! Бяка! - кричали они. И куча указательных плаьцев, взрослых и детских, тыкали в ее сторону.

Как же она могла не полюбить ветер? Он убаюкивал ее, что-то нашептывал ей сквозь сны, а иногда насвистывал незатейливую песенку.
Так и жила бяка в лесу, тихо и монотонно.

Но вот ей преснился сон. Двое волчат поджавшых хвосты, скулили рядом с раненной волчицей. Бяка быстро проснулась и расскрыла свои большие уши. Слушать она умела. Издали, сквозь ветер, еле доносился жалобынй вой. Бяка побежала на зов и увидела волчицу в капкане, а вокруг нее бегали волчата. Бяка не смогла открыть капкан. У нее не было времени, так-как она услышала преближавшегося охотника. Она взяла волчат, укутала их в свою теплую шаль, положила на снег и что-то сделала с ними. Она никогда не рассказывала что. Она не умела говорить, а может не хотела. Ей удалось превратить волчат в двух человеческих мальчиков и забрать у них голос, чтобы они не выли и этим не выдали себя.

Пришел охотник. Бяка наблюдала из-за дерева, как он подобрал детей и возмущаясь безчеловечности родителей, оставивших детей в лесу умерать, ушел. Волчиха осталась лежать в капкане. Кое как бяке удалось его открыть. ОНа оттащила волчицу к себе домой что-бы она могла зализать свои раны. Прийдя в себя и подлечившись, волчиха набросилась на бяку:

- Как ты могла отдать этому человеку моих детей? Как я теперь буду жить без них? Я ненавижу тебя, противная бяка! (волчиха так не могла конечно говорить, но бяка умела слушать и все поняла.)

Когда волчиха ушла, она не заметила слезу стекаующую у бяки с ее единственного глаза.

Бяка продолжала жить в своем домие и по ночам выла на луну, голосом, который она забрала у волчат.

Прошло время.
К ее дереву подошли четверо бужчин с двумя детьми. Из их резких реплик бяка поняла, что эти дети были принесены охотником из лесу. Все время они себя очень странно вели, как звери, и молчали. А когда подрасли, то перегрызли охотнику горло.

Мужчины привязали их веревками к дереву и оставив умерать, ушли. Бяка тут-же отвязала их, превратила в волчат и вернула им голос. Он ей уже поднадоел.
Волчата назвали ее жестокой и даже прокляли за то что она отлучила их от матери и отдала их туда, где с ними обращались как с людьми. Они отомстили охотнику, они хотели отомстить и ей. Бяка еле успела запереться в своем домике. А волки всю ночь бегали вокруг дума и орали: Бяка! бяка! И ветер не мог заглушить их воя.

На следующий день пришла мама бяки. Она принесла ей ту старую пуховую шаль в которой были волчата. Бяка сразу же замоталась в нее и уселась на стульчик у окна.

- Бяка! - сказала мама строго. - Ты даже в лесу не можешь не пакостить людям. На твоей совести жизнь охотника, ты это понимаешь? Неужели ты решила, что раз не можешь ладить с людьми, то с волками у тебя это получится?
Боже! Как я могла такое породить?! Бяка! Ты меня слышишь? Бяка!

Бяка слышала. Она умела слушать. НО она ничего не сказала в ответ. Ведь бяки не умеют говорить. А может просто не хотят.

Группа: Участники
Сообщений: 35
Добавлено: 30-01-2007 15:28
Барабашка.
В одном большом городе, в одной из многочисленных квартир, жил маленький барабашка. Был он маленький ростом, но лет ему было много. Он и сам не знал сколько.

В этой квартире жила ещё семья, состоящая из родителей и двоих детей; 8-его Миши и годовалой Нины. Папа работал Новым Русским и часто уезжал в командировки. Во всяком случае, он так всегда говорил маме. А мама работала продавцом цветов и часто приносила
не проданные цветы домой. Барабашке очень нравилось смотреть на них и нюхать. Сегодня он повел себя неуклюже и опрокинул вазу. Она упала и разбилась. Мама начала ругать за это Мишу, думая, что он это сделал. Ведь мамы и папы не могут видеть барабашек, потому что они уже взрослые. Миша, конечно, отказывался, типа это барабашка во всем виноват, а мама не верила. Папа наехал на маму: Оставь ребёнка в покое! На деньги и купи себе новую вазу, что орать то?

А барабашка насупился и наблюдал за всеми спрятавшись за дверью. Ему было обидно. Обидно, что Миша его выдает, а мама вообще в упор не видит и исключает его существование. Он никому не был нужен.
Когда все разошлись, кто в ясли, кто в школу, кто на работу, барабашка остался один. Он лег на диван, выключил телевизор, в целях экономии энергии конечно, такова была его натура, и начал размышлять вспоминая свое прошлое.

Раньше он жил в одной деревне, в не большой, но уютной хате с одной бабулькой. Ох и хорошая она была. Хоть она его и не видела, но все равно верила, что он существует и жилец этого дома. Она никогда не забывала про него и оставляла для него воду и еду, говорила с ним. Хоть барабашка и не ел, но ему очень нравилось внимание старушки и ночью он ликвидировал все, чтобы на следующий день получить опять.

Барабашка очень любил человеческое тепло и всегда старался отплатить добром. Он следил, чтобы на плите ничего не пригорало. Старческий склероз не шутка. Он сматывал нитки, над которыми издевался временами кот Васька, снова в клубки. Следил, чтобы ночью дверь была заперта и даже иногда подметал!

Но старушка не могла жить вечно. Перед смертью она попросила его присматривать за ее внуком и помогать ему и его семье. Барабашка был предан ей и решил выполнить ее просьбу.

В связи с перестройкой внук пересмотрел свою жизнь и заделался под нового. Вскоре, посредством коммерции он заработал достаточную сумму, продал вдобавок свою хату и хату старушки и переехал жить в город. Связанному словами старушки, барабашке пришлось тоже переезжать. Для него это была катастрофа. Будучи домовым, он жил в своем маленьком уютном мирке и большой мир знал только таким каким видел из окон. Как и все домовые, он был очень консервативным и ему было трудно адаптироваться к незнакомой среде. Например, днем, когда он спал, заметьте, барабашки бодрствуют ночью, его все время будил шум машин проезжавших мимо. В новой квартире совсем не оказалось печки и когда ему хотелось погреться, ему приходилось довольствоваться какой-то батареей у стенки. И самое главное, в этой квартире его совсем не ценили. В течение двух лет он следил за квартирой и за детьми, но никто этого не замечал. Никто не оставлял ему воды и еды.

Лежал вот так барабашка, вспоминал все и возмущался. Так не может продолжаться дальше! говорил он себе. И тут у него возникла идея уйти из этого дома. Он представил себе как из барабашки - домового он превратится в барабашку - странника и будет бродить по свету. Эти мысли были чужды его натуре, и он даже побаивался их немного, но желание освободится от атмосферы этого дома оказалось сильнее. Барабашка встал, обошел все комнаты, символически попрощавшись с ними и вышел на улицу.

И тут же его чуть не задавила проезжавшая машина. Вернее она задавила бы его, если бы он был хоть немножко материален. Но барабашка все равно очень перепугался и вернулся назад. Был день, он лег в кроватку Нины, но заснуть не смог.
В первый раз за многие годы он задал себе вопрос: А зачем я вообще живу?
Как только он спросил себя об этом, он увидел перед собой существо одетое в длинный голубой плащ с капюшоном из под которого
шли синие лучи.
- Здравствуй - услышал он голос в своей голове.
- Ты задал себе важный вопрос сейчас, а до этого изъявил очень важное желание. Когда ты осмыслишь себя и будешь знать, кто ты и для чего живешь, я снова вернусь к тебе, и мы продолжим разговор.
И существо исчезло.

- Как кто я? - удивился барабашка, Домовой конечно!- Но мысли эти больше не покидали его.
С этих пор барабашка сидел днями и ночами в углу и усердно думал. Он перестал следить за порядком в доме, за детьми. Так прошли несколько недель.

- Что представляет собой барабашка? Барабашки живут в домах. Они очень практичные хозяева. Маленького роста, с коричневой шерсткой, дружелюбны, но обидчивые , для взрослых не видимые, к кошкам относятся терпеливо, живут долго.
Что представляю из себя я? Я полностью соответствую всем названным критериям. Значит барабашка. НО: барабашки не меняют место жительства, не пытаются сбежать из дома на улицу и их мышление ограниченно как и их мир. Я ведь не такой? Получается что я какой-то особенный барабашка...

Как-то раз к нему подошел Миша и вытащил его из уже привычного транса.
- Ну сколько лет ты ещё собираешься тут сидеть? - говорил он, - Тебе не кажется что ты забыл про свои обязанности? Кто если не ты мне сказки перед сном будет рассказывать, мама с папой что ли? Кто будет баюкать сестренку по ночам чтобы она не плакала просыпаясь? Мы из-за нее все спать не можем теперь и у родителей уже нервы сдают. На обед мы получаем какую-то горелую гадость, хлеб вечно сухой и молоко кислое. Папа уже две недели дома не появляется. А ты сидишь тут, ручки сложил!

- Отстань человек - ответил барабашка, - Не видишь? Я в печали. Я больше вам людишки ничего не обязан, нету больше того барабашки, он умер.

- Тогда уходи отсюда, проваливай, тут ты больше не нужен, только мешаешься и нервируешь меня.

- Ну пожалуйся маме на меня, ток докажи ей сначала мое существование. Фыркнул барабашка в ответ.

Когда мальчик ушел, барабашка задумался о людях и о их жизни. Как все изменилось. Раньше дети были такими добрыми и радостными, играли с плюшевыми игрушками, рисовали цветы, маму и папу. Барабашке очень нравилось быть с ними. А сейчас? Сидят за телевизором или компьютером. Вместо кукол, зайцев и медвежат в их ассортименте всякие робокопы и терминаторы, истребители и Play Station с играми в которых разрывают друг другу головы и кровь течет не в венах и артериях, а большей частью размазана по стенам зданий. Они даже барабашек больше не любят и как этот гаврик пытаются подчинить себе, типа иерархия, закон природы...

Барабашка полностью разочаровался в людях, у него больше не было такой привязанности ним как раньше, не было желания помогать им, и в их любви он тоже больше не нуждался.

И тут с ним произошло нечто странное. Он уменьшился в размерах, вернее их как бы не стало, он потерял свою барабашичью форму. Он видел и осязал себя изнутри и извне. Он видел себя маленьким голубеньким шариком, от которого исходили синие лучи. Ему понравилось это состояние.
Вдруг перед ним опять оказалось то существо в плаще.
- Сегодня ты готов дать мне нужные ответы и понять что я тебе скажу - сказало оно.

- На самом деле ты не барабашка, а бесформенное существо, которое принимает форму чего-либо, если у нее возникает соответствующее желание. Так как ты очень любил людей и желал помогать им, ты был барабашкой и принимал соответствующую форму. Чего ты хочешь теперь? И кем ты хочешь быть?

- Я хочу остаться голубым шариком с сияющими лучами. И я хочу странствовать и познавать то, что было закрыто для меня стенами дома. Хочу быть странником, а не домовым.

- Хорошо согласилось существо, да будет так. И исчезло.

Барабашка не стал прощаться с людьми, с которыми прожил несколько лет вместе. Он уже больше не был барабашкой. Он улетел в далекие края и больше не возвращался.



poka hvatit. Esli prochitaete, esli ponravitsja, mogu prislatj esche.

Группа: Участники
Сообщений: 1091
Добавлено: 28-02-2007 14:27
Тимур Зульфикаров

СМЕРТЬ ХОДЖИ НАСРЕДДИНА

1.
Дервиш сказал:
— Все люди умирают от одиночества.
Если у тебя есть хоть один человек, которому ты можешь поведать о своём прошлом и он будет внимать тебе — значит, смерть отойдёт от тебя...
Если в дом твой никто не стучится — значит скоро постучится и навек войдёт древняя гостья, другиня, подруга одиноких — Смерть...
И еще сказал дервиш:
— Человек не существует сам по себе, как не существует тело вне его частей.
А человек состоит из друзей, родных, врагов — дальних и ближних.
А человек, который любит многих, — богат.
А человек, который любит всех человеков, — бессмертен, ибо он составлен из всех, кого любит, и не могут же все человеки умереть, уйти бесследно с земли... Воистину!
Но вот тысячелетний мудрец Ходжа Насреддин устал от многих народов и любви всех человеков и решил умереть в одиночестве. Но как найти это одиночество и спасительную смерть?
Ходжа оставил осла, который тоже мешал одиночеству и смерти его.
Ходжа ушёл в далёкие фан-ягнобские горы, и тут привязал древнего четвероногого друга своего к древнему ореховому дереву, и осёл глядел на него текучими слёзными глазами, чуя предательство хозяина.
Ходжа быстро пошел к давно брошенному кишлаку и не оглядывался, чтобы не разрыдаться от печали осла, протяжно глядящего ему вослед.
Тут Ходжа вошёл в развалившийся от древности и многих землетрясений и селей кишлак, чьи глинобитные кибитки пали и чье имя никто уже не знал, не помнил...
Ходжа вошел в разрушенную кибитку у хрустальной реки безымянной, которая тоже утратила имя своё, потому что не было человеков на брегах её, которые могли помнить имя её и называть его...
Когда умирают человеки — умирают и реки, и камни, и деревья теряют свои имена.
Кто назовёт, позовёт их, когда человеки ушли от этих кишлаков?
Ах, царство святое безымянных!.. Это ад?.. Или рай?..
Ходжа вошел в согбенную кибитку — тут на глиняном полу лежало дряхлое сыпучее сено — раньше тут перед убоем держали скот, который тоже потерял имя своё и жизнь свою.
2.
И Ходжа радостно лёг на сено, которое пахло не сеном, а коровой, овцой иль козой. Перед убоем животное сильнее пахнет!..
Ходжа закрыл глаза и радостно стал представлять ту, ту, ту Дорогу, по которой уходят из мира мёртвые.
За свою тысячелетнюю жизнь он тысячи дорог пыльных видел, и все они воспалялись и забывались в мозгу его умирающем...
И все эти земные дороги забылись...
Но Ходжа хотел увидеть Ту Вечную Дорогу, по которой люди уходят в иной мир...
И Ходжа почуял, что из всех дорог в мире, во вселенной — Эта Дорога — самая главная... Тут нет земной пыли? Тут вечность?.. Какие камни и деревья стоят на ней?.. Какие реки и ручьи бегут?..
О Господь! Какова Дорога эта? Куда ведёт она человеков? в рай? иль в ад?
И Ходжа понял, что есть в мире только одна Эта Загробная Дорога. К ней идут все земные дороги и тропы.
А все остальные дороги, тропы, пути — ничто перед Этой Дорогой.
По Этой Дороге ушли все прошлые человеки, и уйдут нынешние, и будущие уйдут по Ней...
Что Дорога Эта? куда куда куда ведёт влечёт Она? Какова Она? Какая пыль на Ней царит? Где Она начинается и где Исход Её? В небесах?..
Может, встречу я на Дороге Этой матерь и отца моих дальных забытых? И друзей хмельных и там там там непротрезвевших, блаженных вечно, и возлюбленных многих моих жён и дев, опьяненных любовью и там?.. Какова Дорога Эта?..
Но из всех дорог жизни одна тропка стояла и пылала в голове умирающего мудреца! только одна козья кишлачная горная варзобская тропинка близ сверкающего горного водопада — по которой он бежал на кривых голодных весёлых ножках к матери улыбающейся своей!..
Вот он бежит — и мать ждёт его, и берёт на руки, и хрустали водопада летят и рассыпаются на её руках...
И эта тропинка одна дымилась живой пылью и каплями водопада в голове Ходжи, а остальные дороги мёртво темнели, и не курчавилась пыль на них.
3.
О, Господь! Иль эта тропинка у водопада и есть Та Дорога, по которой усопшие человеки бредут радостно в рай? а только рай есть в загробном мире? а ад есть только на земле живых?
И вот мёртвые на земле, а вечноживые в небесах бредут в рай, как я бежал по тропинке вешней талой к улыбчивой, курчавой от счастия талой матери моей у водопада сыпучежемчужного...
Но тут радостный Ходжа, уже ступивший на Ту Дорогу заживо, вдруг услышал крик:
— Помогите! Помогите! люди!..
Ходжа открыл глаза, которые уже видели Ту Дорогу — и Та Тропинка, осыпанная водопадом, опять ушла во тьму.
И вновь запахло коровой, овцой, козой и утлым сеном, а не райскими деревами цветущими...
О, Боже!.. Опять!..
Кто зовёт на помощь? Сколько таких криков слышал Ходжа в тысячелетней жизни своей!.. О, Боже!..
Тут не дадут умереть... И уйти на Ту Вечную Дорогу...
Ходжа вышел из смертной последней кибитки. В реке тонул старый человек, и волны хрустальные уже покрывали его, и крик его о помощи уже тонул в волнах...
Ходжа бросился к реке и вытащил старика. Это был пастух-локаец, и он сказал:
— Раньше я ходил по камням этой реки, но стал старый, а река осталась молодой, бешеной. Река не стареет. Река вечно молодая — и вот она решила забрать меня... Ты видел, как утлый старец хочет оседлать тугую юную деву? И вот он распаленно стихает насмерть на ней, как муха в цепком меду. Но такая кончина блаженна и сладка...
Но! Великий Ходжа Насреддин, я знал, что ты спасаешь человеков не только мудрыми словами, но и умелыми руками крестьянина... И вот ты спас меня от вод смерти...
Тот, кто спасает души вечные, спасает и тела тленные...
Тогда Ходжа пошёл от брошенного кишлака и пришёл в глухие горы, где не было жилищ человеков, а были дикие пещеры в горах, где жили звери...
Тут мудрец, алчущий смерти тихой, лёг в глухой пещере, и Дорога Усопших явилась ему вновь...
Опять мать ждала его на Тропинке, осыпанной водопадом, и протягивала к нему, младенцу, руки и улыбалась...
4.
Но тут в пещеру явился охотник с ружьём:
— Ходжа! О, великий мудрец! я охотник, следопыт Учкун Мирза! Меня знают все звери, и змеи, и рыбы фан-ягнобских гор. Я орлу и грифу могу попасть пулей в глаз... но я не делаю так... Но орлы, грифы, и снежные барсы, и горные козлы-нахчиры, и медведи гималайские, и форели лунных водопадов знают меня и чтут меткость мою...
Мудрец, ты ушёл от людей и хочешь смерти, и хочешь бросить нас, бедных человеков...
И кто защитит нас, если ты уйдёшь с земли, где богачи и правители всех стран и всех народов объединились против нищих и бесправных и уморяют нас...
А ты — защитник, печальник, заступник униженных и голодных — хочешь уйти на Вечную Дорогу, а мы будем падать с наших тропинок слепых в пропасти гор и страданий...
Мудрец, ты хотел уйти с земли и унести от нас целительную мудрость твою...
Но у меня очи орла, и я увидел твоё бегство и пещеру, где ты хочешь расстаться с человеками...
Не покидай нас, великий мудрец! не уноси с земли несчастных вольную, весёлую, вечную Мудрость Твою!.. Иль ты хочешь, чтоб на земле остались только слёзы и стенанья, и печали угнетённых и нищих?.. И пьяные крики глухих, бездушных властителей?..
И ещё охотник сказал тихо:
— Сегодня свадьба-туй у дочери моей, и молодые огненные джигиты будут прыгать через свадебный костёр!
Вот бы великий Ходжа Насреддин пришёл на нищую свадьбу и перепрыгнул, перелетел бы через костёр жениха!..
Тогда Мудрец вздохнул и пошел на свадьбу, и там ублажал диких и острых, как скалы Памира, блаженных чистых хрустальных горцев, горцев, горцев...
И они ликовали от того, что великий Мудрец, которого знали во многих странах и народах, посетил их тихую, как родник в горах, свадьбу...
Но потом Ходжа ушёл от них, ибо было ему многопечально средь веселья земного...
Сладкая мука исхода терзала душу его...
И он ушёл в дальные, дымные Анзобские горы, где на вершинах был только альпийский снег вечный, да вечные орлы томились, колыхались над снежными вершинами.
Тут Ходжа лёг на снег крупитчатый алмазный и закрыл глаза...
5.
И тут увидел, как по девственному снегу шли к нему Три Пророка. Первый был — Будда Блаженный.
Второй был — Иисус Христос Смиренный Божественный.
Третий был — Мухаммад Воитель Священный.
И Будда сказал:
— Брат мой мотылёк... Ты устал от Колеса Сансары... от гнёта яда перевоплощений...
А Нирвана выше смерти...
Ты хочешь смерти, а я дам тебе вечность, а я дам тебе вечную ветвь от вечного Древа Ботхи... Любовь тленна... жизнь тленна... смерть тленна... Нирвана вечна... покинь Костёр страстей... иди со мной... Гряди одиноко, как белый носорог...
И тут к Ходже подошёл улыбчивый Иисус Христос. И Он держал в руках кровотекучих ветхий Крест, и Крест был ветх, но капли крови Спаса были свежи, словно только что явились они... Кровь Пророков не стареет, не ветшает. И Он сказал:
— Я принес тебе Крест Спасенья, Крест Вечности... Две тысячи лет я влеку для человеков этот спасительный Крест...
А от Распятья ты взойдёшь к Воскресенью Вечному...
Но Ходжа убоялся, содрогнулся, отодвинулся от Креста, от Крови, и за Ней не прозрел, не увидел Вечности, ибо слеп от земной жизни был... И что, только Распятье ведёт к Вечности?.. К Воскресенью?.. И что, я приду ко Творцу окровавленный, растерзанный крестными гвоздями?...
Тогда Пророк Воитель Святой Мухаммад сказал огненно:
— Пастухи гонят овец посохом, а человеков надо вести, гнать в рай целительным небесным Мечом!..
И Меч щедрей и проще, чем Нирвана и Крест!..
И Меч — это самый краткий Путь в рай!.. Короче, чем бездонная Нирвана, и не кровавее, чем Крест!
А Меч — это Крест, вырванный из смиренной Голгофы Иудейской и опрокинутый на головы палачей!..
И Ходжа подумал: И что, я приду ко Творцу моему побитый, повреждённый Мечом?..
6.
Потом Пророки ушли, и Ходжа поразился, что на земном альпийском, горном снегу не было следов Их! Тогда Ходжа подумал, что шли Они по небу, а не по грешной земле? А?
О, Боже! С Кем мне, грешному и слепому, брести по земле?
И тогда опять Та Дорога явилась ему... Забилась Та Дорога в голове усыпающей его.
Опять мать ждала его на тропинке у горного водопада, и полоскала в ледяном летящем, водопадном хрустале новорожденном, сыпучем руки тёплого белого мрамора материнского, и протягивала к нему, младенцу, свежие вечномраморные свои руки, и улыбалась ему необъятно, непостижимо...
И от неё шла, струилась на младенца такая любовь, которой не было у всех Пророков на земле...
И от неё шла целительная прохлада всех водопадов на земле...
И тогда Ходжа, как младенец, радостно, сладко, блаженно зарыдал, и мать стала ладонями лучезарными обирать слёзы с лица его:
— Сынок, сынок, сынок... это водопад плачет... — только и шептала она.
И не было боле слов у неё, но и эти слова превосходили всё, что слышал мудрец в необъятной жизни своей...
Но и Эти Слова превосходили Слова всех Пророков и Учителей земли и небес...
...Сынок... сынок... сынок... Это водопад плачет... Сынок...
Но тут Ходжа услышал знобящий птичий свист, клёкот.
Он открыл глаза свои уже тяжкие, уже не здешние.
Там, на алом снегу молодой, пылкий гриф бил, терзал клювом дряхлого орла, и кровавые перья летели...
Тогда Ходжа встал и пошёл к птицам, чтобы разлучить их.
И тут великая земная радость опять наполнила его бессмертную от любви душу...
О, Господь!
Тут не дадут умереть...
О, блаженно...

Группа: Участники
Сообщений: 633
Добавлено: 19-03-2007 15:06
Жизнь прожить
- А давай наперегонки до горки? - предложил он ей, предвкушая победу.
- Неа. - отказалась она - Воспитательница сказала не бегать. Попадет потом.
- Струсила? Сдаешься? - подначил он ее и засмеялся обидно.
- Вот еще. - фыркнула она и рванула с места к горке.
Потом они сидели в группе, наказанные, под присмотром нянечки, смотрели в окно как гуляют другие и дулись друг на друга и на воспитательницу.
- Говорила тебе - попадет. - бурчала она.
- Я бы тебя перегнал обязательно - дулся он - Ты нечестно побежала. Я не приготовился...


- А спорим я быстрей тебя читаю? - предложил он ей.
- Хахаха. - приняла она пари - Вот будут проверять технику чтения и посмотрим. Если я быстрее - будешь мой портфель до дому и до школы таскать всю неделю.
- А если я - отдаешь мне свои яблоки всю неделю! - согласился он.
Потом он пыхтел по дороге с двумя ранцами и бурчал:
- Ну и что! Зато ты не запоминаешь что читаешь и пишешь медленнее. Спорим?...

- А давай поиграем. - предложил он - Как будто бы я рыцарь, а ты как будто бы дама сердца.
- Дурак. - почему-то обиделась она.
- Слабо? - засмеялся он - Слабо смущаться при виде меня? И дураком не обзываться тоже слабо.
- И ничего не слабо. - повелась она - Тогда вот чего. Ты меня тоже дурой не обзываешь и защищаешь.
- Само собой - кивнул он - А ты мне алгебру решаешь. Не рыцарское это дело.
- А ты мне сочинения пишешь. - хихикнула она - Врать и сочинять - как раз рыцарское дело.
А потом он оправдывался в телефон:
- А не надо было себя как дура вести. Тогда никто бы дурой и не назвал. Я, кстати, и извинился сразу...

- Ты сможешь сыграть влюбленного в меня человека? - спросила она
- С трудом. - ехидно ответил он - Я тебя слишком хорошо знаю. А что случилось?
- На вечеринку пригласили. А одной идти не хочется. Будут предлагать всякое.
- Нуу.. Я даже не знаю.- протянул он.
- Слабо? - подначила она.
- И ничего не слабо. - принял он предложение - С тебя пачка сигар, кстати.
- За что? - не поняла она.
- Эскорт нынче дорог. - развел руками он.
А по дороге домой он бурчал:
- Сыграй влюбленного, сыграй влюбленного. А сама по роже лупит ни за что... Влюбленные между прочим целоваться лезут обычно:

- Что это? - спросила она.
- Кольцо. Не очевидно разве? - промямлил он.
- Нибелунгов? Власти? Какая-то новая игра затевается?
- Угу. Давай в мужа и жену поиграем. - выпалил он
- Надо подумать. - кивнула она.
- Слабо? - подначил он.
- И ничего не слабо. - протянула она - А мы не заигрываемся?
- Да разведемся если что. Делов-то. - хмыкнул он.
А потом он оправдывался:
- А откуда мне знать как предложения делаются? Я ж в первый раз предлагаю. Ну хочешь еще раз попробую? Мне не слабо.

- Сыграем в родителей? - предложила она.
- Давай. В моих или в твоих? - согласился он.
- Дурак. В родителей собственного ребенка. Слабо?
- Ого как. - задумался он - Не слабо, конечно, но трудно небось..
- Сдаешься? - огорчилась она
- Не,не. Когда эт я тебе сдавался? Играю, конечно. - решился он.

- Усложняем игру. Ты теперь играешь в бабушку.
- Правда? - не поверила она.
- 3900. - кивнул он - Пацан. Слабо тебе в бабушку сыграть?
- А ты в данном случае во что играешь?
- В мужа бабушки. - засмеялся он - Глупо мне в бабушку играть.
- В де-душ-ку. Как бы ты тут не молодился. - засмеялась она - Или слабо?
- Куда я денусь-то...

Она сидела у его кровати и плакала:
- Сдаешься? Ты сдаешься что ли? Выходишь из игры? Слабо еще поиграть?
- Угу. Похоже что так. - ответил он - Неплохо поиграли, да?
- Ты проиграл раз сдаешься. Понял? Проиграл.
- Спорное утверждение. - улыбнулся он и умер.

(с) frumich
http://www.webpark.ru/comments.php?id=21304

Добавлено: 19-03-2007 18:07
- Слышишь ты, сука, что же ты делаешь? – начал я, пытаясь сохранить остатки спокойствия и не заехать продавщице в голову кулаком.

Вот если бы мимозами торговал 2-х метровый амбал.., так бы сказал?
Сколько стоит твое ведро? Отвечай быстро и внятно, что бы я не напрягал слух,- еле слышно, но очень понятно прошипел я.

Я кинул под ноги продавщице купюру , вытащил цветы и протянул их деду.

Это в честь 8-го Марта.., а продавщица не женщина?
А сдержать себя слабо было?
++++++++++++++++++
Вот так и нарушаем Заповеди, день ото дня, час от часу.., и даже не замечаем этого.
Я бежал, даже не понимая куда бегу. Слезы сами текли из моих глаз…

Если бы продавщице не нагрубил, не плакал бы..

Группа: Участники
Сообщений: 95
Добавлено: 18-05-2007 13:24
Мастера Ши


Сотворение.

(Легенда о Первом Маге)


Нам нет больше прока молчании том,
Пусть Знание сходит на жизни фантом,
Как будто хозяин в покинутый дом:
Сначала – легенды, а Правда – потом.


Эта легенда передавалась в среде Наблюдающих из уст в уста, и каждый рассказывал ее так, как понял сам. Когда-то она была рассказана и мне. Мне будет трудно изложить ее - у этой легенды нет строго обозначенного текста, т.к. она никогда не была записана. Я делаю это впервые. Итак, вот то, что мы знаем о Первом Маге.

В начале времен, когда люди были еще на пороге своей истории, вся власть в мире принадлежала древним колдунам, в мире не было Равновесия. Люди ничего не знали - они просто жили, не понимая, что их жизнь не имеет смысла. А жизнь не имела смысла потому, что ею управляли древние колдуны. Именно они решали, как всем жить, и чему быть и никто другой не мог строить свою жизнь самостоятельно, не мог делать Выбор, на котором основана любая жизнь. Древние колдуны делали все, что хотели, их мотивами были злоба, жалость, алчность, любовь, ненависть - словом, все те эмоции и чувства, что есть у обычных людей. При таком положении вещей, в мире не могло быть порядка, потому что эмоции, желания и слабости - это ненадежный фундамент для построения основ мира, они преходящи, даже мимолетны, значит мир, построенный на всем этом, не может существовать миллиардами лет, не может быть надежным. И Тьма сгущалась над рожденным, но неживым миром. Ни о чем не подозревавшие люди на деле были рабами древних колдунов, а колдуны - рабами самих себя, тонущими в зыбучем песке своей внутренней слабости. Не было Закона Силы, никто не помышлял о Равновесии в этом мире. И никто, даже сами древние колдуны, не мог делать Выбор. Существовавший порядок не давал свободы выбора, не давал никаких шансов на изменение себя или жизни. А без этой возможности Вечная Игра теряет всякий смысл.

В этом состоянии, мир был бесполезен для Силы, создавшей его, и было только два пути решения этой проблемы: либо уничтожить мир, либо привнести в него порядок, чтобы он мог развиваться и жить вечно. Сила избрала второй вариант. И она создала Хранителей. Это не совсем живые существа, и даже не духовные сущности. Это различные Потоки Силы, векторы ее действия в разных направлениях, одушевляемые отдельно друг от друга волею Силы. У Хранителей нет Души: их Душа - Сила, одна на всех, гарант всемогущества каждого Хранителя в своем Потоке. Хранители придумали, как можно свергнуть власть древних колдунов, не разрушив этот мир. На землю были приведены Сущности, души которых во много раз могущественней всех остальных. Они родились в виде обычных детей, и никто ничего не заподозрил. Даже древние колдуны не почуяли подвоха, когда стали рождаться умные дети со светлым взглядом, на радость всех людей. Они были скрыты от взоров, потому что были на виду. Никто из них не знал, кто они сами, они жили обычной жизнью, но обладали огромной мощью, скрытой в них до поры - до времени. Разумеется, они могли услышать Зов Силы, и пробудиться, но не было Учителя, способного наставлять их и научить свергнуть власть древних колдунов, которые попросту не давали родиться Пробужденному ребенку. А без Учителя они проиграли бы битву. Но Хранители нашли выход. Когда скрытых Сущностей стало достаточно, над голой скалой посреди зеленой равнины сошлись 9 Хранителей, чтобы дать миру Учителя, который смог бы научить будущих Пробужденных одолеть древних колдунов. У скрытых Сущностей уже были все знания и возможности, необходимые для победы, но им нужно было помочь ВСПОМНИТЬ все это. И когда 9 Хранителей соединили свои взгляды на скале, ударила в скалу серебряная молния, и возник из скалы человек в серых одеждах. Так появился Первый Маг.

В одно мгновение с появлением Первого Мага, раздался Зов Силы, услышанный всеми скрытыми Сущностями, которые мгновенно пробудились. Они знали, куда нужно идти, они знали, что Первый Маг ждет их у той самой скалы. И еще они знали, что Первый Маг пришел всего на несколько дней, чтобы потом исчезнуть навсегда, потому что он не был человеком, рожденным на земле, и не мог находиться на ней долго. И все Пробужденные вскоре собрались у той скалы, где ждал их Первый Маг, а Хранители накрыли это место невидимым куполом, защитив от глаз древних колдунов. И Первый Маг начал учить их. Он научил их, как победить свою слабую природу, свои эмоции, неверие и страх. Пробужденные узнали, как не стать рабами самих себя, как не вмешиваться в дела людей, и как при этом никому не позволять нарушить Закон Силы. Продолжалось это девять дней и ночей.

Когда все было кончено, Первый Маг собрался в путь - раствориться, исчезнуть в Потоках Силы, откуда он и пришел. "- Но как нам знать, что делать? Кто будет руководить нами?" - спросили Пробужденные. "- Хранители" - ответил Первый Маг. "- А как нам услышать их, как нам увидеть их?". "- Просто. Когда я уйду, посмотрите на Небо" - сказал Первый Маг - и пошел прочь, вскоре исчезнув с глаз. Тогда все Пробужденные посмотрели на Небо - и поняли, что Небом стал Первый Маг. Небо заговорило с каждым из Пробужденных голосом Хранителей - Потоков Силы, и все узнали, что надо делать. И Первый Маг через взгляд, устремленный к Небу, вошел в каждого из них. Исход грядущего сражения с древними колдунами был предрешен: Пробужденные были сильнее, причем не по форме, а по Сути. Они обладали теми же возможностями, что и древние колдуны, но совершенно не зависели от своих желаний, эмоций и слабостей. Они были тверды и неумолимы, и Первый Маг был с каждым из них.

А потом была короткая схватка с древними колдунами. Пробужденные, руководимые Хранителями, одолели древних колдунов и освободили мир от того кошмара, в котором он находился, дав каждому человеку главное - право Выбора. Рассеяв Тьму, они разошлись по разным концам света, чтобы наблюдать за миром, за людьми, и за тем, чтобы никто больше не смел нарушить Равновесие, и никто больше не смел игнорировать Закон Силы. Они назвались Наблюдающими, а всех, кто еще не пробужден, стали называть "спящими Магами". Очень скоро в мире, свободном от гнета древних колдунов, стали рождаться Учителя - особая каста Наблюдающих, не обладающие большой силой, но имеющие способность обучать вновь пробудившихся, делая из них настоящих Наблюдающих. Обычный Наблюдающий не может учить, он только наблюдает, учит Учитель. А Учителей готовят Хранители, то есть Сила в их лице.

И по сей день, по воле Силы, на свете рождаются "спящие Маги", и по сей день они откликаются на Зов Рождения, чтобы подняв глаза к Небу, принять в себя частичку Первого Мага и услышать голос Хранителей, зовущих на службу Силе. И каждый раз Учитель находит Пробужденного, чтобы пополнить им ряды Наблюдающих, выполнив и свое, и его Предназначение. Все люди этого типа, даже если они являются Магами других традиций, называются Рожденными Силой.

Группа: Участники
Сообщений: 1091
Добавлено: 19-09-2007 17:31
притча.

Проделки ума

Один человек путешествовал, он сбился с дороги и долго плутал в джунглях, смертельно усталый, он лег возле корней высокого дерева и уснул. Дерево, под которым он лег, было не простым. Это было дерево желаний. Если задумать желание под таким деревом, любое желание немедленно будет исполнено. Нет никакой задержки, никакого временного промежутка между желанием и реализацией желаемого.

Когда он проснулся, то почувствовал сильный голод и подумал:

- Я чувствую голод. Я бы хотел добыть немного пищи откуда-нибудь.

И немедленно из ниоткуда появляется пища. Прямо приплыла по воздуху, очень вкусная пища. Он был так голоден, что не стал думать, откуда она появилась (когда вы голодны, вы не раздумываете). Он сразу начал есть, а пища была так вкусна...

Потом, когда его голод прошёл, он взглянул вокруг. Теперь он чувствовал удовлетворение. У него появилась другая мысль:

- Если бы только чего-нибудь выпить...

В раю нет запретов, немедленно появилось прекрасное вино.

Лёжа в тени дерева и спокойно попивая вино, обдуваемый прохладным ветерком рая, он начал удивляться:

- Что это творится? Что происходит? Может, я сплю? Или здесь есть несколько привидений, которые разыгрывают шутки со мной?

И привидения появились. Они были ужасны, жестоки и отвратительны - именно такие, какими он себе их представлял. Он задрожал и подумал:

- Сейчас они точно убьют меня.

И они его убили.

Размышления

Наш ум очень похож на дерево желаний, и о чем бы мы не думали, рано или поздно это может исполниться. Иногда промежуток времени такой, что человек совершенно забыл, что он этого хотел и не может найти источник, с чего все началось. Но если взглянуть поглубже, то можно обнаружить, что наши мысли создают нас и нашу жизнь. Они создают наш "рай", они создают наш "ад". Они создают человеческие страдания и человеческие радости. Они привлекают плохое, они привлекают хорошее. Каждый здесь - Волшебник, каждый - Создатель своей жизни. Каждый крутит и ткёт мир вокруг себя, а потом оказывается связан. Никто не мучает человека так безжалостно, как его собственный ум. Если человек может понять это, изменить ход своих мыслей, то и материя будет меняться. Человек может повернуть всё наоборот, превратив свой "ад" в "рай".

Группа: Участники
Сообщений: 1091
Добавлено: 14-11-2007 09:20
Не отступать и не сдаваться!

Легенда о бабочке.

Однажды в коконе появилась маленькая щель, случайно проходивший человек долгие часы стоял и наблюдал, как через эту маленькую щель пытается вылезти бабочка.

Прошло много времени, бабочка как будто оставила свои усилия, а щель оставалась все такой же маленькой. Казалось, бабочка сделала все, что могла, и что ни на что другое у нее не было больше сил. Тогда человек решил помочь бабочке: он взял перочинный ножик и разрезал кокон. Бабочка тотчас вышла. Но ее тельце было слабым и немощным, ее крылья были неразвитыми и едва двигались. Человек продолжал наблюдать, думая, что вот-вот крылья бабочки расправятся и окрепнут и она сможет летать. Ничего не случилось!

Остаток жизни бабочка волочила по земле свое слабое тельце, свои нерасправленные крылья. Она так и не смогла летать. А все потому, что человек, желая ей помочь, не понимал того, что усилие, чтобы выйти через узкую щель кокона, необходимо бабочке, чтобы жидкость из тела перешла в крылья и чтобы бабочка смогла летать.

Жизнь заставляла бабочку с трудом покинуть эту оболочку, чтобы она могла расти и развиваться. Иногда именно усилие необходимо нам в жизни. Если бы нам позволено было жить, не встречаясь с трудностями, мы были бы обделены. Мы не смогли бы быть такими сильными, как сейчас. Мы никогда не смогли бы летать.

Я просил сил... а жизнь дала мне трудности, чтобы сделать меня сильным.

Я просил мудрости... а жизнь дала мне проблемы для разрешения.

Я просил богатства... а жизнь дала мне мозг и мускулы, чтобы я мог работать.

Я просил возможности летать ... а жизнь дала мне препятствия, чтобы я их преодолевал.

Я просил любви ... а жизнь дала мне людей, которым я мог помогать в их проблемах.

Я просил благ ... а жизнь дала мне возможности.

Я ничего не получил из того, о чем просил... Но я получил все, что было мне нужно.

Живи без страха!

Смело встречай все препятствия и докажи, что ты можешь их преодолеть!

Размышления

Урок этой истории очевиден, жизнь предоставляет нам массу возможностей становиться мудрее, быть сильнее, открыть источник любви в своем сердце и многое другое, о чем мы даже не мечтаем. Добрые русские сказки, да похоже и сказки, мифы или былины других народов рисуют пожилых людей седовласыми, мудрыми старцами, старейшинами, к которым обращаются за помощью молодое поколение, ища у них мудрости.

К сожалению в наше время, не все люди, доживая до почтенных седин почитаются мудрыми, хотя бы в своей собственной семье. Проживая жизнь, люди не заслуживают уважения и не могут давать "прибежище" молодым. Еще не так давно не было и понятия ПСИХОЛОГ, эту роль прекрасно выполняли старшие члены семьи, отцы и матери, бабушки и дедушки. Они накапливали жизненный опыт и могли поделиться им с детьми и внуками, и в некоторых семьях это происходит и сейчас. Но, часто, дети не видят мудрости у своих старших.

Проходя школу жизни, не все мы учим уроки этой школы. Рассматриваем ли мы происходящее с нами, как школу жизни, где в каждой ситуации можно найти несколько выходов или же наметив некую цель идем к ней прямой дорогой, не обращая внимания ни на кого и ни на что? Воспринимаем ли мы потери или неудачи, как последствия своих прошлых поступков, или, закусив губу, обижаемся и мечтаем отомстить врагу или всему миру, или ...

Прискорбно слышать фразы типа: "выживший из ума старик", "ворчливая старуха" и т.п., у этих людей уже проходит жизнь, а они так и не стали мудрее.

Группа: Участники
Сообщений: 439
Добавлено: 14-11-2007 12:36
Урок этой истории очевиден, жизнь предоставляет нам массу возможностей становиться мудрее, быть сильнее, открыть источник любви в своем сердце и многое другое, о чем мы даже не мечтаем. Именно так!!!

ROG Спасибо за красивую и мудрую легенду!

Группа: Участники
Сообщений: 1091
Добавлено: 14-11-2007 13:44
Урок этой истории очевиден, жизнь предоставляет нам массу возможностей становиться мудрее, быть сильнее, открыть источник любви в своем сердце и многое другое, о чем мы даже не мечтаем. Именно так!!!

ROG Спасибо за красивую и мудрую легенду!


У Лехи в блогах запостить?

Добавлено: 21-07-2010 18:06
Куда ведут дороги жизни
Кто может мне сказать
Одни находят очень быстро
Другим приходится искать


КУДА ПОТЯНЕШЬ-ТУДА И ВЫВЕЗЕТ.
Сэм возвращался с очень интересной работы,все его помыслы были направлены на выполнение задачи,которую он задумал и поставил для себя ещё мальчишкой.Потом пройдя школу,он мучал окружающих его сверстников,преподавателей,родителей просьбой помочь ему выполнить поставленную задачу-достижение всеобщего согласия.Ничего у него не получалось,т.к.по его мнению,окружающие люди были замкнуты стереотипами и догмами.Окончив, после школы, гуманитарный колледж,он пошёл работать в компанию занимающуюся социологией,таким образом,как ему казалось,он всё ближе подбирался к заветной цели.
Ещё во времена учёбы в колледже он обладая незаурядными способностями и тягой к учёбе, был популярен у однокурсников,мог в трудный для них момент помочь с решением каких-либо ученических задач и, как правило,действовал безкорыстно.То ли благодаря своим внешним данным(в целях выполнения поставленных перед собой задач скурпулёзно изучал физиологию человека и методично развивал своё тело в спортивном зале)или ещё чего,он познакомился с хорошенькой Ли.Ли.....Это целая эпоха,так это понимал Сэм.Она была хороша.Выше среднего роста,с правильно сложенной фигурой,немного тёмной кожей,нет, не такой как у чёрных,но такой, как после умеренного загара.Они начали помогать друг другу.Сэм помогал Ли с учебным процессом.Ли в свою очередь заполняла вакуум возникший вокруг Сэма, из-за его манеры поведения и помыслов,которые воспринимались всеми как проявление то ли шизофрении,то ли снобизма,короче говоря, его никто не понимал.Так, мало по малу, они начали сближаться.Сэм водил Ли в окрестные лесочки с вожделением и вдохновением рассказывая о жизни деревьев,камней,всего, что их окружало.Поначалу Ли казалось,что у Сэма,мягко говоря,не всё в порядке с головой,но постепенно она начала присматриваться и понемногу успокаиваться в отношении Сэма.В конце концов,думала она,кроме Сэма существуют гораздо более конкретные придурки.Как например Гарри с их курса,который так любил мотоциклы,что в любое время дня и ночи мог закатить обширнейшую лекцию на мотоциклетную тему.А любимым видом отдыха считал проведение технического осмотра и смазки своего железного друга.Или вот Вилли,который сидел за столом находящимся недалеко от Ли.Это был прирождённый бабник.Он просто не мог даже спокойно стоять,если недалеко обнаруживалась какая-нибудь незнакомка.Эти, оба джентельмена, регулярно испытывали трудности с жизнью из-за своих пристрастий.Гарри тратил всё своё свободное время и все свои деньги на приобретение экипировки,а это ему приходилось делать довольно-таки часто,т.к.при его горячей любви к мотоциклам,ему постоянно приходилось доказывать это скоростью.,К сожалению,такое поведение частенько приводило к потере внешнего вида комбинезонов,оперения мотоцикла,а то и к недолгому попаданию на больничную койку.Вилли тоже вёл очень трудную жизнь.Встречаясь с новыми представителями женского пола,он почему-то постоянно забывал об элементарных предосторожностях,в результате был завсегдатаем медицинских учереждений.И что интересно,похудевший с синяками под глазами человека-марафонца,когда его об этом спрашивали многозначительно отвечал:"Значит это мой путь!"А потом с полузаговорщеским видом тихо добавлял:"Горбатого могила исправит".Одним словом, Ли решила выбрать Сэма,тем более,как оказалось он не такой уж и большой придурок.Ну а эти его бредовые идеи в отношении всеобщего согласия пусть развивает.Она знала,что он будет неплохим отцом и семью прокормит.
В Рождество они поехали на ферму к её родителям.Были тепло встречены.Под весёлые шутки сьели прекрасно прготовленную матерью Ли праздничную индейку.Родители Ли оказались добрыми людьми.Сэм чувствовал себя с ними свободно.И он решил по окончании учёбы в колледже сделать предложение Ли.Правда он так и не решился спросить, какая кровь замешана в этой семье,давшая такую великолепную бронзовую кожу Ли.Он рассказал родителям Ли о своей мечте.Все были немного навеселе и восприняли это хоть и неоднозначно,но дружелюбно. Когда они уезжали,Сэм получил приглашение снова посетить вмести с Ли ферму.
В общем всё было хорошо.
К окончанию колледжа они были уже помолвлены и после выпускных экзаменов в кругу теперь бывших коллег- студентов справили скромную свадьбу.На свадьбе присутствовали родители Ли и мать Сэма,радовавшаяся вместе со всеми и в глубине души надеявшаяся на то,что семейная жизнь дисциплинирует её сына.Теперь ведь он взрослый мужчина-заботы о семье заставят его думать об окружающем,а не об несбыточных мечтах.
Сэм и Ли сняли квартиру,всё шло гладко.За исключением мелких недоразумений,по типу какую программу смотреть по телевизору или какому отдыху отдать предпочтение на ближайший уикэнд.Но это всегда были проблемы локального характера и не наносили ущерба.

Добавлено: 21-07-2010 18:07
Появление маленького Дугласа вызвало всеобщий восторг и ощущение фурора.Отец Ли сразу признал в нём будущего фермера,без которого,по его мнению,окружающее общество было бы слабым,худым и постоянно нуждающимся в пище скопищем .Его супруга,хоть и уставала сильно на ферме,но мужа поддержала.Мать Сэма,в свою очередь,хотела бы видеть внука блюстителем порядка-полицейским или судьёй,как был отец Сэма.Жизнь молодой семьи приобрела дисциплинированноси.Маленький Дуглас сразу всех построил.Сэм на время даже забыл о целях и задачах стоящих перед ним.Шло время,всё было спокойно.Денег заработанных Сэмом хватало для достойной жизни.Первые слова маленького человека,детский смех делали своё дело.Постепенно привыкнув к изменившейся обстановке Сэм успокоился....И снова начал думать о том, как ..... и естественно советоваться с Ли.Ли была женщиной терпеливой и вдобавок любила Сэма,к тому же рядом был прекрасный плод их совместной любви и она отнеслась к проявлению старых веяний спокойно.Но со временем эта тема стала занимать в их общении всё больше места.На прогулках,в гостях,на парадах...Сэм показывал ей ошибки общества и постепенно это начало её нервировать.Чем дальше,тем больше.В общем Ли стала выходить из себя,т.к.верила Сэму,но ей казалось,что попусту тратить время время на обсуждение несуществующего,только забирает силы,их можно было бы использовать на развитие семьи.
Вот так и начался разлад.Сэм и Ли это понимали.Но Сэм ,как инициатор разладных веяний свято верил в то,что если неукоснительно идти к цели,то её можно добиться.Но почему то найти слова,которые убедили бы Ли в том,что он не зря тратит драгоценное время и что это поможет прежде всего их семье, он не мог. В один из вечеров они в первый раз сильно поссорились. Ли сказала. что Сэм безтолковый мечтатель и всё это занятие для идиотов. Сказав последние слова, она осеклась, но было уже поздно. Сэм понял, что его предали. И кто? Человек, который был ему ближе всех? Человек, с которым они родили следующее поколение. Сэм очень близко к сердцу принял эти слова. Ему сразу вспомнились эти несуразицы, происходившие между ним е его друзьями –подростками, товарищами-студентами, сослуживцами, коллегами и спортсменами. Тогда он не обращал на это внимание, жалея собеседников, но теперь, теперь это было другое. Это было больно. Это было через чур. И Сэм импульсивно решил уехать. Уехать куда угодно, лишь бы его никто не видел и не слышал, где можно было бы сосредоточиться, подумать и решить, что делать дальше. Импульсивность принятия решения выразилась в скорости сборов Сэма. Он не стал огрызаться, что-то доказывать Ли. Он просто стал резко собираться. Залез на чердак. Достал свой старый походный рюкзак со всеми походными инструментами, котелки, свою старую спортивную форму. Спустившись в гараж, погрузив всё это в джип, он на ходу бросил не на шутку встревоженной Ли, что уезжает не надолго. Завёл машину, и не оглядываясь на довольно высокой скорости поехал в сторону гор, по пути постоянно твердя себе под нос: «Ничего,ничего всё будет хорошо». Остановившись возле супермаркета, он как робот зашёл внутрь и начал лихорадочно сбрасывать в тележку какие-то консервы, коробки. На вопрос кассира: «Всё ли в порядке?», что-то буркнул, расплатился и на такой же большой скорости пустился в горы, бурча в нос . В это время у него в голове был ураган – «как же так?». Те, кому он верил, как себе так с ним поступили – почему? И что теперь делать? Он знал далеко в горах заброшенный дом и собирался провести там некоторое время, собраться и принять решение о дальнейших действиях. По пути он заправил джип, набрал питьевой воды. «Теперь порядок» - подумал Сэм. Его внутренне состояние хаоса привело к тому, что двигаясь по дороге, он неоднократно съезжал на обочину, а один раз даже чуть не въехал в дерево.
Когда он приехал на место, было уже около полуночи. Ничего не разгружая Сэм развёл костёр, открыл бутылку виски, сел возле него, вслух жалея себя. Со стороны это напоминало какую-то протяжную песню тоски, понятную на любом языке. Надо сказать, что когда Сэм был примерно в часе езды от дома, в горы, примерно в ту же сторону, полетела с неба одна крупная святящаяся точка. Куда она полетела дальше, упала ли, Сэма это вообще не заинтересовало. В тот момент он был занят своими проблемами . Сэм продолжал сидеть на бревне возле костра и жалеть себя в форме протяжной песни не имеющей слов. Песня эта была похожа на звуки издаваемые индейскими шаманами во время ритуальных танцев. Со стороны, через некоторое время стали слышны изменения в песне. Теперь поющий был не один. Чётко было слышно, что к голосу Сэма добавился ещё один более низкого тембра, и ещё более врущий, если брать мелодию. Но Сэм этого не слышал. Он как бы с помощью этих звуков освобождался от неразберихи. Судя по интонации того, второго, голоса там было то же самое. Так они пели вдвоём около часа. Постепенно Сэм начал замечать, что он не один. Находясь в таком смятении он даже не подумал и не воспринял возможной опасности. Ночь, горы, отсутствие средств защиты. «А ну и пусть- подумал Сэм – что мне терять». Он вспомнил своё же бормотание: «Ничего, ничего, всё наладится» Добавил к своей тоскливой песне немного радости. Т.е это была та же заунывная песня, но теперь в каких –то моментах нотки уже говорили «ничего, ничего, всё наладится, ведь не всё так плохо» Внезапно Сэм перестал петь,вспомнив о том, что он не разгрузил джип и это нужно сделать. Под утро будет холодно, желательно одеться и попить чай. Другой голос. Раздававшийся, кстати, откуда то неподалёку, тоже смолк примерно через секунду. Сэм . убедившись достоверно, что он не один, обратился ко второму с теплотой в голосе, человека понимающего страдания, чтобы тот не стеснялся, подходил ближе к костру и что ему Сэму жаль, что у того другого тоже неприятности . Ничего не изменилось. Тогда Сэм глотнул из бутылки виски и охмелевшим голосом начал рассказывать незнакомцу свою историю – добрые устремления, непонимание, любовь, рождение сына и вот, предательство любимого человека. Со стороны, всё это повествование, шло через призму идей Сэма о мироустройстве. Рассказывая, Сэм, не забывал потихоньку прикладываться к бутылке виски. И когда он закончил, его состояние уже было «приличным». Остановившись, Сэм спросил в темноту, что его неизвестный партнёр по песне об этом думает. Через некоторое время тишины раздался глубокий вздох. Но это был не обычный вздох, а вздох с одновременным хлюпаньем воды, а может и нет. Это было необычно. Сэм сказал, что ему понятно, предложил неизвестному разделить с ним остатки виски и поинтересовался как его зовут, на что неизвестный из темноты совершенно неправдоподобным голосом ответил, что его зовут Мак и он не должен этого делать, хотя понимает Сэма и чувствует то же самое. Сэм вдруг обнаружил, что бутылка у него в руках почти пуста и встав направился к джипу за другой, сказав о своих намереньях вслух. Когда он возвращался,то увидел на бревне, рядом с местом, где он сидел, силуэт человека. Покачиваясь на ходу (из-за виски) подходя поближе, видя какие то странности с человеком, никак не мог определить их для себя. «Какая разница?» - подумал Сэм, главное чтобы люди понимали друг друга, а форма, цвет кожи, рост, национальность, вера наконец – это не главное. От костра остались одни угли. Сэм сел на бревне рядом с незнакомцем и они больше чувствовали друг друга, чем видели. Открыл бутылку. И только собрался налить в пластиковые стаканчики своевременно захваченные с собой, как Мак на почти чистом английском, очень странно звучащим голосом сказал, что у него есть штучка получше. Сэм с готовностью протянул свой стакан. Мак сказал, что стакан не нужен и дал Сэму что-то похожее на маленький лекарственный пузырёк. «Это у нас такой виски, нужно положить в рот и немного подождать» - продолжил он. Несмотря на необычность, Сэм поступил так, как ему советовали. Когда этот пузырёк оказался у него во рту, он почувствовал, как тот завибрировал и к огромному удивлению Сэма куда-то исчез, зато появилось чувство блаженства. Ему трудно было поверить, но похоже было, что бархатно завибрировали все клетки его тела и привычное состояние алкогольного опьянения приобрело новый смысл. Сэм страстно захотел отблагодарить Мака и предложил ему выпить виски, мотивируя это тем, как он себя чувствует, вдобавок виски у него высшего качества и в умеренных дозах ещё никому не повредил,, а только укрепляет здоровье. Мак покряхтев согласился. После того как они выпили, Сэм попросил рассказать, что привело Мака сюда и если он сможет чем-нибудь помочь или посоветовать, то он готов. Мак ответил, что это вряд ли получится, ведь у них всё не так. «Ещё бы» - подумал Сэм- Покажи мне хотя бы одну семью, в которой было бы всё так». Мак без паузы сразу ответил: «Семья – это семья, а у нас вообще всё не так». Чем очень сильно удивил Сэма, спросившего Мака о его ближайших планах, на что тот ответил, что ещё не думал об этом. Тогда Сэм предложил, каким то образом попытаться справиться с тоской, а с утра коллегиально принять решение о дальнейшем. Ему пришла в голову отличная мысль прокатиться в этот предрассветный час на джипе. Что может быть лучше, когда твои волосы обтекает свежий прохладный утренний воздух? Снова произошло странное. Мак, тоже видно порядочно захмелевший, коротко рявкнул: «Вперёд!». Они сели в джип и поехали. Как это было красиво.

Добавлено: 21-07-2010 18:08
Свет фар вырывал из темноты камни, деревья…. прямо какая-то фантастика. Сэм разошёлся, прибавил газу и их обоих начало подбрасывать и клонить то в одну, то в другую сторону. Они поднимались на горы и опускались в лощины. Это было великолепно. Когда они вернулись, оба были довольны. Тоска, вначале объединившая их сменилась восторгом, укрепившем союз. Сэм почувствовал, что это то и есть, к чему стремился , призывал , ещё раз для себя решил, что за это стоит побороться и совсем не удивился, когда Мак сказал в тон его мыслям: «Правильно». Мак видимо от всего происшедшего получил улучшение собственного самочувствия. Соответственно расчувствовался и предложил Сэму покататься на его джипе. После свежего ветра, бури впечатлений Сэм основательно протрезвел и попросил Мака несколько минут ожидания. Получив утвердительный ответ, быстро вынул бутылку виски, налил себе почти полный стакан, залпом выпил, думая, что поступил правильно. В такие моменты нужно быть в форме. Алкоголь навалился на него неожиданно быстро. Уже через пару минут, когда они шли куда-то с Маком, Сэм был в «полном порядке.» Заплетающимся языком жаловался и одновременно возмущался, как можно было влепить автомобиль в этой непролазной чаще, где, по мнению Сэма и дорог не было.» Всё пришли»- сказал Мак, останавливаясь около чего-то безформенного. В этот момент Сэм почувствовал, как сознание его затуманивается и взгляд начинает плыть. Несмотря на это, с некоторыми трудностями он пролез за Маком. Куда-то его усадили, он почувствовал лёгкую вибрацию. То, что произошло потом, заставило Сэма многое переоценить в жизни. Мак спросил: «Где ты живёшь?». Сэм сказал:» Далековато, миль 150».» Ничего, нет проблем.»-ответил Мак. Сэм почувствовал лёгкое покачивание и движение.. Он чуть не получил разрыв сердца, когда обнаружил, что висит в воздухе несмотря на то, что его обувь упёрлась во что-то твёрдое, на чём можно было стоять. Это было полностью прозрачным, но его как бы не существовало. Сэм начал волноваться и необычная мысль посетила его. Он даже боялся смотреть в сторону Мака. Мак же в свою очередь будучи где-то рядом сказал Сэму:» Ты похоже всё понял, не волнуйся. Доверяй мне. Мы друзья. Сейчас мы побываем у тебя дома, посмотрим, что там делается. Ты покажи мне, где находится твой город. После его слов прямо перед Сэмом в воздухе появилась карта его штата. Сэм без труда нашёл свой город и твёрдо указал пальцем на него. «Понял»- коротко сказал Мак. Меньше, чем через секунд 10-15, они увидели утренний городок. Найдя дом Сэма, приблизившись к окну спальни увидели Ли. Она держала в руке трубку телефона. Другой рукой поглаживала Дугласа. Она плакала, что-то шепча губами. Сэму стало стыдно за себя и страшно захотелось поговорить с Ли. Неожиданно Мак сказал:» Слушай , не бойся ты смотреть на меня и давай ей позвоним.» Сэм обернулся и к своему удивлению ничего похожего на стереотип пришельца не обнаружил. Ну, немного странноватый оттенок кожи, ну непривычной формы глаза и уши, ну без волос. А в общем прилично и нормально. В это время раздался телефонный зуммер и Сэм скорее почувствовал чем увидел, как Ли вздрогнула и схватила трубку.
« Да?»
« Ли, это я, Сэм. Мне тут пришлось задержаться, у меня сломалась машина. Благодаря этому я познакомился с очень хорошим челове. Т.е. другом.»
В это время Сэм посмотрел на Мака.
« Я скоро вернусь, когда точно не знаю. Может быть завтра. Это зависит от ремонта.»
Видно было ,что голос Сэма успокоил Ли.
« Сэм ?»
«Да.»
«Извини меня!».
«Да, хорошо, у меня заканчиваются монеты. Не волнуйся. Пока.»
« Ну что теперь ?– спросил Мак- Думаю, твоя проблема решена.»
« Вчерашняя да, а дальше?»
« Поехали, отдохнём – сказал Мак- А потом подумаем, как тебе и мне быть дальше.»
Они вернулись. Сэм пошёл в заброшенный домик. Мак сказал, чтобы он не безпокоился и отдыхал. Всё под контролем.
Сэм спал хорошо. Как в те времена, когда он был доволен собой. Одно отличало его сон в это утро. Он думал во сне. С одной стороны пережитое вчера в семье, с другой приобретение «чужого» друга и анализ происшедшего. Всё получалось, но в конце постоянно высвечивалось на сонном экране «Почему?». Подходы -ну и что?, Бог с ним, что будет то и будет в принципе подходили к ситуации. Но Сэма, это не устраивало. Проснувшись, ощущая хмель в голове, Сэм открыл сначала один глаз для того, чтобы убедиться было ли это результатом чрезмерного употребления алкоголя или ещё пуще синтеза алкоголя и эмоционального потрясения. Его открытый глаз увидел прямо перед собой что-то очень похожее на компьютерный дисплей и тогда Сэм понял- это не шутки. У него в голове сразу возникли разные варианты, почему-то заканчивающиеся заплаканным лицом Ли. Точно, как в момент, когда она вчера гладила Дугласа.
Его размышления нарушил чистый английский Мака.
- Ох,достанется мне. По крайней мере за нарушение пяти параграфов Главной инструкции.
Сэм понял- проблемы, они везде проблемы. Он начал вспоминать. Счастливую песню, взаимопонимание в джипе и при употреблении его и чужого виски. Оставаясь прежде всего самим собой у него не было выбора. Он начал думать, как помочь, и как вести себя в дальнейшем, чтобы не усугубить, хоть и не понятные для него, эти 5 параграфов Главной инструкции.

Мак отреагировал мгновенно. Он сказал,что Сэм помог ему в решении нескольких проблем, очень сильно похожих на сэмовские. Ведь по его словам, именно находясь в сильном психологическом расстройстве, он не смог в ручном режиме управления кораблём, выдержать правильную траекторию. И поймал, что-то типа дерева используя земную терминологию. Но теперь ему есть, что сказать своим близким. Ну а Главный куратор Главной инструкции, скорее всего не станет сильно наказывать Мака зная Сэма. Сэм спросил, как же это Главный куратор может его знать. На что Мак ответил, что корабль автоматически фиксирует всё и по всем параметрам. Стереть это не возможно.
« Это похоже на чёрные ящики, используемые в ваших самолётах»- сказал Мак.
« Ну и хорошо»- заметил Сэм.
Они прощались, когда уже был вечер. Мак выглядел очень красиво в лучах заката. Его костюм весь светился.
« Странно - подумал Сэм. – Как же я раньше не замечал блеск костюма»
И услышал уже не звуки, а голос без хрипотцы в голове:
« Наш костюм, это как ваша лакмусовая бумажка ,в переносном смысле конечно. Сейчас мне хорошо, поэтому он так выглядит. А помнишь вчера? Он был серым и невзрачным. Это всё благодаря тебе, Сэм. Я рад, что познакомился с тобой. И рад, что помог тебе понять роль ближнего в нашей жизни. А вообще мы помогли друг другу взаимно. За это тебе спасибо. Я постараюсь предпринять кое-какие усилия, чтобы у тебя в дальнейшем всё было хорошо.».
« Спасибо»- сказал Сэм глядя, как Мак забирается в свой безформенный корабль.
Уже когда корабль поднялся, готовясь к полёту, Сэм снова услышал голос в своей голове:»
Если не будет таких как ты и я мир остановится.»
« Будь здоров и счастлив»- по земному, мысленно ответил Сэм.
25.03.96 С.А.М.

Группа: Участники
Сообщений: 1091
Добавлено: 01-09-2010 11:01
можно было бы и в юмор...да как то - грустновато, по прочтении:


- Что за жизнь, а? Кругом одни эти… толерасты. – пожаловался за ужином жене Василий Иванович Петрушкин.

- Ты это о ком? – насторожилась жена, Анастасия Валентиновна.

- Да обо всех!! Ты кругом посмотри! Что не месяц – гей-парады, и будь добр, присутствуй, улыбайся, как никак лицо России, пусть отсталой, пусть старорежимной, пусть не вошедшей в эру «открытости отношений». Каждую пятницу в мечеть ходи! И попробуй только не приди, полиция толерантности непременно поинтересуется твоим отношением к исламу, не дай бог узнает, что я крещеный. Это же кошмар какой-то! Женщины в чадрах и с голыми сиськами! В мечети!! Да еще пятнадцать лет назад за это им бы всем….


- Ты что! Что ты! Замолчи сейчас же! – заволновалась жена, – Какие глупости ты говоришь! Радуйся, что мы здесь, а не в России! Ты обратно захотел что ли? Так здесь это мигом, одно неверное слово или движение, и турнут обратно на родину, думаешь в МИДе очередь на твое место короткая??

- Не могу больше, – вымученно прохрипел Василий Иванович, – Ну, не могу! Рожи эти пидорские видеть. Плевать мне на «просвещенную Европу» с Америками этими и МИДом! Я домой хочу, в деревню. Пусть там китайцы и нет света и воды. Но там хоть и гомиков этих не видать…

- Ой дура-а-ак, ой дурак! – зашипела жена. – Мы для чего двадцать лет корячились, а? Для чего унижались, в очередях толкались, для чего языки и Коран учили? Для чего оброк МГИМО платили? Чтобы в деревню вернуться, откуда еле вырвались? Ты мне это брось, ты это прекрати! Я обратно не хочу. Тут у нас двухкомнатная квартира всего в трех часах езды от центральной мечети Парижа, и даже унитаз есть! А там? Дырка поганая в дощатом сортире, да три тысячи китайцев на шесть больших домов?

- Да, ты права, – обреченно опустил голову Василий Иванович. – Конечно, ты права… У нас тут и Интернет есть. Тоже толерантный… Одни имамы и гомики африканские. Лучше уж никакого Интернета, чем такой. Проверь, пожалуйста, зарядился ли там мой мотороллер, а я спать пойду. Устал чего-то. Мне завтра очередную партию пидо… однополых пар принимать из России на ПМЖ.

***

Выспаться не получилось – в пять утра вдруг забарабанили в дверь, аккуратно так, даже ритм соблюдая. Василий Иванович выбрался из постели, весь всклоченный и расхристанный, и направился к дверям. Распахнув их, он едва удержался от старого русского матерка – перед ним стояли двое жандармов, оба в коже, в темных очках, несмотря на раннее и смурное утро, с напомаженными губами и раскрашенными ноготочками. Обычные служители порядка в последнее время.

- Слушаю вас, – буркнул Василий Иванович.

- Ой, вы русские такие грубые, – заворковал один жандарм, в чине вроде бы сержанта, – Ни вам «здрасте», ни вам «доброе утро». Собирайтесь, господин второй помощник посла, у нас ЧП.

- У кого это у вас? – не удержался и съязвил Василий Иванович, и кивнул на второго жандарма, – у тебя и твоей подружки?

- Ой, нет, что вы! У нас все отлично, правда, милый? – ничуть не смущаясь, ответил сержант и ласково чмокнул в щечку коллегу. – Срочный вызов. Собирают представителей всех держав в Елисейский дворец.

- Да что случилось-то? – сказал, как выплюнул, помощник посла.

- А вы не знаете? Весь город всю ночь на ушах! Или вы по ночам спите что ли, глупый? Летающая тарелка приземлилась у Эйфелевой башни!

- Черт подери, – бормотал, одеваясь, Василий Иванович, – То гей-парад, то тарелка. Сумасшедший дом.

***

Сначала ему предложили сесть на мопед жандарма, сзади, но Василий Иванович, вздернув усы, отказался, и поехал на своём. Их пропускали, считая какой-то серьезной делегацией, и потому дорога заняла всего два часа, против обычных трех, и уже после рассвета помощник посла прибыл к Елисейскому дворцу. Там собирали команду представителей Земли для встречи гостей из летающей тарелки, собирали нервно, импульсивно, бегая кругами и закатывая друг дружке «милые» истерики. И только делегации Китая да России были сосредоточены и спокойны – среди них, вопреки последним традициям, не было однополых супружеских пар, несмотря на все воспитательные усилия Евросоюза и основной его лозунг «Только любящая пара способна достойно и задорно выполнить любое дело».

Потом их всех долго и нудно инструктировали, что и как говорить, непрерывно напоминая про толерантность и терпение – вдруг инопланетяне окажутся не такие, как люди. Затем их рассадили в большие двухвинтовые американские вертолеты, обвешали каждого камерами слежения и доставили к Эйфелевой башне. К тарелке. И оставили перед ней.

Ожидание оказалось недолгим. Спустя буквально пять минут тарелка вздрогнула, в борту открылся дверной проем и наружу вышли двое.

Два человека?

Уж к чему только не готовил себя Василий Иванович, каких только монстров себе не представлял, но увидеть двоих самых обыкновенных человек оказалось для него неожиданностью. Разве что высокие они оказались. Мужчина около двух с половиной метров ростом, может чуть ниже, а женщина, что держала его за руку, почти два. Но смотрелись они так гармонично, так прекрасно, как на старой фотографии выглядели мама и папа Василия Ивановича, сразу после свадьбы.

Даже в горле ком стал, и на глаза навернулись слезы.

Остановившись перед делегацией, инопланетяне, так похожие на людей, чуть поклонились и сказали:

- Приветствуем вас.

- Фу… они натуралы, что ли, за руки держатся? – прошептал кто-то из англичан.

- И вам не хворать, – жеманно махнув наманикюренной ручкой заявил глава совета безопасности ООН, – Как там у вас погодка?

Инопланетяне переглянулись, пожали плечами.

- Да ничего вроде. Дождик передавали с утра.

- Как вы относитесь к однополым бракам!? – решила сразу взять быка за рога Демона Хренкель, шеф международной полиции толерантности.

Инопланетяне переглянулись еще раз, на этот раз уже обеспокоено:

- У вас разрешены однополые браки?

- А как же! Каждый человек имеет право самовыражения, непорицаемое никем. Если ему нравится быть с кем-то одного с собой пола, или пусть даже с животными, то почему бы и нет?

Гости потрясенно молчали. Пауза начала затягиваться, и тут Василий Иванович, вспомнив своего знаменитого тезку, никогда не страдавшего нерешительностью, понял, что ему предоставляется тот самый единственный и неповторимый шанс. Он выскочил из толпы и стремглав бросился к инопланетянам. Они, будто ожидая этого, уставились на него.

- Вы… Простите конечно, что я так сразу… вы… – сбиваясь начал Василий Иванович, потом махнул рукой, будто саблей в конной атаке, и выпалил, – Заберите меня… нас… то есть, меня и мою жену отсюда, а? Ну, пожалуйста, чего вам стоит? Это же невыносимо! Да вы только на рожи эти гомосячьи посмотрите!

- Но, но, но! – предупреждающе взвизгнула Демона Хренкель, – Я вас предупреждаю! Нетолерантность карается сроками от пятнадцати лет до пожизненного!

- Заберите! На другой глобус, в другую галактику, или откуда вы там прибыли… Нам тут жизни нету. И вам тут делать нечего! Или знаете? Не берите! Просто валите отсюда, пока не поздно, пока зараза эта к вам не попала! Глазом моргнуть не успеете, и уже по коридорам тарелковым гей-парадец устроят! – уже не осознавая, что и как говорит, Василий Иванович повышал и повышал голос, начиная хрипеть. Плотину прорвало. – И толерантности вас научат! Начнете к убийцам с нежностью и почтением относиться, и ворам в тюрьмах белые скатерти с вышивкой стелить. Детям втолковывать, что та вон тетенька не жирная дура, а такой же человек, как и все, просто покушать любит. И пусть она ничего не умеет и не хочет делать, она заслуживает того же, что и все. Оно вам надо? Чтоб вот такие, да вы посмотрите на них, крашеные уроды, ваших детей жизни учили?

Инопланетяне внимательно слушали сбивающегося усатого толстячка Василия Ивановича, и осматривались по сторонам. Когда толпа встречающих возмущенно стала требовать призвать ненавистного натурала к ответу в судебном порядке, а где-то за кордонами жандармов принялись мелькать известные адвокаты, слетевшиеся на скандал будто мухи на варенье, они всё поняли, подхватили продолжающего обличать всех и вся Василия Ивановича под руки и внесли на свой корабль.

- Жену вашу подберем сейчас, – мягким голосом сказала женщина, – Потом рванем отсюда. Как вы сказали? На другой глобус. Нечего нам тут делать.

Василий Иванович, уставший и обмягший, благодарно зарыдал было, а потом спохватился и спросил:

- Ой, не поинтересовался сразу! А вы кто? Откуда?

Ответил мужчина:

- Атланты мы. Свалили отсюда семь тысяч лет назад из-за этих же… толерантных… И правильно сделали. Те, кто остался, как я вижу, измельчали и позабыли все, что знали, кроме однополой любви и толерантности.

Помолчав немного, атлант добавил непечатное слово из русского мата.

Группа: Участники
Сообщений: 1584
Добавлено: 20-02-2011 10:55
Отрывок из новой книги Пелевина

...Сеанс сенсорной депривации, когда произошло самое главное событие моей жизни, я запомнил в мельчайших подробностях.

Все началось как обычно. Минут через сорок после того, как я погрузился в соленую воду, квасок Добросвета начал действовать, и я полностью слился с темной влажной тишиной. Редкие мысли, возникавшие в моей голове, казались сами себе настолько громоздкими и неуклюжими, что, словно устыдившись своего уродства, исчезали сразу после того, как отражались в зеркале моего неподвижного ума.

И вдруг это ровное зеркало разбила кувалда загремевшего в моем мозгу баса:
— О ты, пространством бесконечный,
Живый в движеньи вещества,
Теченьем времени превечный,
Без лиц, в трех лицах божества!
Дух всюду сущий и единый,
Кому нет места и причины,
Кого никто постичь не мог,
Кто всё собою наполняет,
Объемлет, зиждет, сохраняет,
Кого мы называем: Бог!

Своими жирными интонациями чтец напоминал типичного диктора какой-нибудь московской FM-радиостанции. В уме сразу возникал образ эдакого в меру наглого, скользко-оборотистого и хитрожопо-нахрапистого субъекта рыночных отношений, вооруженного смартфоном последней модели. Видимо, помощники Шмыги решили сэкономить на артистах и наняли по дешевке одного из тех молодцев, которые смердят в эфире своими руладами о дешевых кредитах и мгновенной продаже жилплощади.

Я все-таки отвлекся — и стал думать о том, что московский радиобизнес достоин всяческого уважения за свою способность паразитировать на западной попсе, которая сама насквозь паразитична: надо все-таки уметь не просто ежедневно сосать кровь у вампиров, но еще и серьезно отравлять при этом воздух над огромной территорией…

Впрочем, думал я, одно дело вести такой бизнес самому, а совсем другое — слушать радио. Этого не надо делать никогда, особенно за рулем.

Человек сидит за баранкой, глядит в ветровое стекло, за которым творится сами знаете что, и совершенно не замечает, какие изощренные смысловые гарпуны вонзаются в его сосредоточенный на дороге мозг. Это, извиняюсь, как если бы он под гипнозом стоял раком без штанов и даже не видел, кто и в каком порядке пристраивается к его заду — а местами в очереди торговал бы коммерческий отдел радиостанции.

А ведь кроме рекламы там есть еще и песни. Их вообще надо анализировать вместе с психиатром куплет за куплетом. Вот так поездил денек по Москве — и встал из-за баранки лет на десять старше и мудрее, с особым блеском в глазах и твердым намерением завтра же взять кредит под смешные проценты… Ой-вей, и ведь все, что окружает человека в современном городе, имеет практически ту же природу. Какое уж тут задуматься о Боге.

Тут я понял, что слишком глубоко провалился в размышления о радиобизнесе — а все потому, что читать подобные стихи должен человек, у которого есть хотя бы зачаток бессмертной души. Вместе с тем, я не пропустил ни одной стихотворной строчки, потому что мой освобожденный от тела ум развивал удивительную скорость: вся эта цепь мыслей заняла лишь крохотную долю секунды.
— Не могут духи просвещенны,
От света твоего рожденны,
Исследовать судеб твоих:
Лишь мысль к тебе взнестись дерзает,
В твоем величьи исчезает,
Как в вечности прошедший миг!

Неожиданно моя мысль вознеслась к чему-то бесконечно-высокому и прекрасному, и тут же, как и было обещано, исчезла. Но, перед тем как она исчезла, я все же успел понять, что такой невообразимый взлет возможен, и это прекрасное — на самом деле существует в его высшей точке…
— Себя собою составляя,
Собою из себя сияя,
Ты свет, откуда свет истек…

Когда ослепительная вспышка света, в которую превратили меня эти строки, опять сменилась сырой тьмой, я понял, что Добросвет сегодня дал мне какой-то особенно мощный коктейль — и перевел мой подвешенный в невесомости ум в режим форсажа.

Мне приходилось переживать смысл каждого слова с небывалой силой и ясностью. Я не просто пропитывался чужим мистическим опытом — он делался моим. Мне стало страшно, потому что я понял: стоит мне расслабиться, и эти гэбэшные сволочи действительно заставят меня познать Предвечного.
— Как искры сыплются, стремятся,
Так солнцы от тебя родятся…

Я увидел эти искры — или, точнее, опять заметил. После кваса они начинали роиться в темноте примерно на сороковой минуте каждого сеанса — но можно было перестать обращать на них внимание, и тогда они исчезали.
— А я перед тобой — ничто.
Ничто! — Но ты во мне сияешь
Величеством твоих доброт;
Во мне себя изображаешь,
Как солнце в малой капле вод…

Мне показалось, что я стал огромной каплей, в которую влилась вся сверхсоленая вода из ванны, где я парил. И что-то неизмеримое и ослепительное уже готово было отразиться во мне, но помешал проклятый чтец, — кажется, он перепутал строчки, сбился с ритма и сразу загнусавил чуть быстрее:
— Но, будучи я столь чудесен,
Отколе происшел? — безвестен;
А сам собой я быть не мог.
Я телом в прахе истлеваю,
Умом громам повелеваю,
Я царь — я раб — я червь — я Бог!

Дальше я постараюсь точно описать посетившие меня переживания в порядке их появления — вслед за вызвавшими их словами.

Сначала мое тело истлело во прахе. Оно разлагалось очень долго, наверное, сотни лет. Потом раздался оглушительный удар грома, прах рассеялся легким облаком, и я понял, что теперь я свободный ум, который может стать чем угодно.

И я стал царем. Это было неприятно и тревожно, потому что я знал: скоро меня с семьей расстреляют в подвале романтические красные часовщики.

Потом я сделался рабом. Это было как прийти лишний раз на курсы „Intermediate Advanced“ в восемь тридцать утра.

Наконец я стал червем. Это был особо унылый момент — мне показалось, что время остановилось, и я теперь вечно буду рассказывать о мобильном тарифе „любимый“ в бесконечной эфирной пропасти между последним гэгом Сидора Задорного и шансоном „Брателла сам отнес матрас на петушатник“.

А потом я вдруг стал Богом.

Как передать тот миг.

Знаете, все эти приторные индийские метафоры насчет того, что Бог и его искатель подобны паре возлюбленных — это таки самая настоящая правда. Здесь, конечно, не такая любовь, после которой остаются детки или хотя бы песня „Show must go on“. И все же из человеческого опыта этот миг сравнить больше не с чем.

Так же замирает сердце перед сказочной невозможностью того, что сейчас произойдет, так же побеждаешь смущение и стыд, перед тем как полностью открыться — но только в убогой земной любви через десять минут уже понимаешь, что тебя просто использовала в своих целях равнодушная природа, а здесь… Здесь обещание чуда действительно кончается чудом. И описать это чудо, как оно есть, нельзя. То есть можно, но слова не позволят даже отдаленно представить описываемое.

И все-таки самое важное я попытаюсь сказать. Знаете, часто в нашем мире ругают Бога. Мол, бензин дорогой, зарплата маленькая и вообще мир исходит гноем под пятою сатаны. И когда люди такое говорят, они в глубине души думают, что чем больше они так гундосят, тем больше процентов Бог им должен по кредиту доверия — ведь все теперь ушлые, хитрые и понимают, как выгодно иметь за душой свой маленький международно признанный голодомор. И я тоже, в общем, примерно так рассуждал.

И вдруг я понял, что Бог — это единственная душа в мире, а все прочие создания есть лишь танцующие в ней механизмы, и Он лично наполняет Собой каждый из этих механизмов, и в каждый из них Он входит весь, ибо Ему ничто не мелко.

Я понял, что Бог принял форму тысячи разных сил, которые столкнулись друг с другом и сотворили меня — и я, Семен Левитан, со своей лысиной и очками, весь создан из Бога, и кроме Бога во мне ничего нет, и если это не высшая любовь, какая только может быть, то что же тогда любовь? И как я могу на нее ответить? Чем? Ибо, понял я, нет никакого Семена Левитана, а только неизмеримое, и в нем самая моя суть и стержень — то, на что наматывается весь остальной скучный мир. И вся эта дикая кутерьма, на которую мы всю жизнь жалуемся себе и друг другу, существует только для того, чтобы могла воплотиться непостижимая, прекрасная, удивительная, ни на что не похожая любовь — про которую нельзя даже сказать, кто ее субъект и объект, потому что, если попытаешься проследить ее конец и начало, поймешь, что ничего кроме нее на самом деле нет, и сам ты и она — одно и то же. И вот это, неописуемое, превосходящее любую попытку даже связно думать — и есть Бог, и когда Он хочет, Он берет тебя на эту высоту из заколдованного мира, и ты видишь все ясно и без сомнений, и ты и Он — одно.

Как будто я летел за вихрем искр, и был одной из искр и всем вихрем, и смеялся и пел на разные голоса… Продолжалось это совсем недолго, не больше секунды, но за эту секунду я познал так много сокровенного, что странные и непостижимые видения преследовали меня потом не один год. Словно я зашел в небесный дворец по другому делу — хотя довольно непонятно, какие вообще могли быть дела у Сени Левитана в небесном дворце, — и случайно заглянул в ковчег великой тайны…

Я увидел ангелов в дарованной им силе и славе. Я ощутил их просто как сгустки силы, могучие законы и принципы, на которых покоится мир. Если я скажу, например, что закон всемирного тяготения — это один из ангелов Божьих, так вы просто засмеетесь. А между тем, так оно и есть. Мыслящий человеческий ум, который подвергает все сомнению — тоже один из ангелов, и таковы же пространство и время, рождение и смерть.

Некоторые из ангелов поистине страшны, особенно Смерть и Ум, и если понять, что они делают с человеком и как это выглядит на самом деле, так можно сойти с ума от страха. Но Бог всегда в человеке, и не надо бояться ангелов, потому что именно из человека Бог на них смотрит, и поражается, и смеется, и плачет, как дитя… И много других тайн увидел я в тот момент, записать их все не хватило был длинного свитка. А думать, что такие вещи можно писать карандашом по бумаге, мне даже как-то смешно.

Потом я лежал в соленой воде, и слезы двумя ручьями текли из моих глаз, и я уже знал, что одна эта секунда искупила и все мои беды, и все страдания мира.

— Господи, — прошептал я, — ты поразил меня в самое сердце…

— Тысяча семьсот восемьдесят четвертый год, — отозвался в моем черепе сальный бас радиодиктора. — Гавриил Романович Державин. Ода „Бог“.
6

Я ничего не сказал о случившемся ни Шмыге, ни Добросвету — это казалось мне предательством самого чудесного переживания, которое было у меня в жизни.

Внешне все продолжалось по-прежнему: я проглатывал стаканчик психотропного кваса и нырял в свою цистерну, после чего в моем мозгу начинали звучать голоса, рассказывающие о Боге. Но теперь все было по-другому. Теперь я знал, о чем они говорят, и мог отличить правду от вымысла или уродливых спекуляций мертвого интеллекта.

Мне не надо было для этого даже слишком задумываться. Когда я слышал неправду, она оставалась просто словами. А когда я слышал правду, я сразу же переживал ее, и передо мной открывалось еще одно лицо Бога, которых у Него оказалось бесконечное число. Чудесное происходило опять и опять.

Но ужас был в том, что я не мог пережить слияние с Абсолютом без депривационной камеры и кваса, которым поил меня Добросвет. Когда я снова обретал свое человеческое тело, мои духовные очи зарастали коростой тревог, обид и желаний, облеплявших мой ум, как только я вылезал из соленой воды. Я пытался бороться, но каждый раз неподконтрольные мне психические силы перехватывали власть над моим рассудком, и я превращался в такой же неодушевленный механизм, как те, что ходили вокруг.

Вернее, дух во мне был, и это был дух Божий, равно пронизывающий всех и вся, но он и не думал прикасаться к рычагам управления, как ребенок не трогает заводную машинку, которую пустил по полу. И все мы были такими машинками, и, как ни смешно это звучит, воистину должны были славить играющего в нас ребенка — ибо он был всеми нами, и вне его нас просто не существовало. Но рассудку этого никогда не понять, ибо у этого ангела совсем другая служба.

Группа: Участники
Сообщений: 1584
Добавлено: 20-02-2011 15:16
— Нельзя успокаиваться, — говорил мне Шмыга. — Ты должен постоянно повышать свою метафизическую боеготовность, Семен, потому что никто не знает, какие задачи поставит перед нами завтрашний день…

К несчастью, он оказался прав.

Проблемы начались перед самой иракской войной. Дело в том, что в это время Буш стал молиться вместе с Тони Блэром. А Блэр, в отличие от Буша, был человеком со всегда спокойной совестью. И, как у всех подобных людей, у него были самые серьезные вопросы к Господу. К счастью, он не мог задать их мне. Но он начал задавать их Бушу — после того, как тот признался в своей богоизбранности несмотря на мой строгий запрет.

Мы впервые столкнулись с таким серьезным риском. Но сворачивать операцию было нельзя — у ангелов оставалось много работы. Я не мог просто устраниться, поскольку без моего прикрытия дело могло встать. Поэтому на совещании у Шмыги было решено, что я на неделю покину Буша, как бы в наказание — и все это время ангелы тоже будут молчать.

Эти дни дались мне нелегко. Буш сидел в Кроуфорде, где я обычно нисходил на него после каждой молитвы. И каждый день он рыдал в моем черепе, повторяя раз за разом — „зачем ты меня оставил?“.

Порой я даже чувствовал ненависть к чекистской своре, подвергающей неплохого, в общем, человека таким изощренным мучениям. И совсем забывал, что я сам — просто служебный соловей этой своры, боец НКВД, посаженный партией на высотный аэростат, с которого он увидел так много, что вряд ли проживет теперь слишком долгую жизнь.

Когда Буш совсем отчаялся и затих, я сошел к нему в утреннем откровении, мягко укорил за непослушание и велел никогда и никому больше не говорить о моем гласе. А потом, словно в утешение, предложил ответить на любой из вопросов Блэра.

Это было с моей стороны чистой авантюрой, и надо мной несколько раз тревожно мигнул зеленый светодиод, но ставка была уже сделана.

— Тони интересовался, — слабым голосом сказал Буш, — как согласуются, и согласуются ли вообще, божественное всемогущество и божественная всеблагость.

В первый момент я даже не понял, что он имеет в виду.

— И как ты ответил ему, о Джорджайя? — вопросил я.

— Я ответил… Я ответил, Господи, что из сложных словес ткут свою сеть фарисеи, а истина Духа обитает лишь в простоте. И в таком вопросе ее нет.

— Истинно так, сын мой, — подтвердил я, чувствуя, как на моем лбу набухают огромные, как виноградины, капли пота.

— Тогда Тони подумал немного, — продолжал Буш, — и сказал, что может поставить вопрос совсем просто. Если Бог добр и всемогущ, почему в мире есть страдание и зло? Почему были Аушвиц и Гулаг? И я, Господи, не нашелся, что ответить. Не знаю я этого и сейчас…

Буш замолчал, и я понял — он ждет ответа.

В первый момент я подумал, что это провал — сказать мне было нечего. Но владевший мной дух, подобно священному гироскопу, не дал потерять ориентацию в нахлынувшей на меня тьме. Я вовремя вспомнил, что говорить должен не я, а голос Левитана. И я как бы самоустранился, перестав стоять у него на пути. А голос изрек:

— То, о чем ты спрашиваешь, Джорджайя, есть тайна, слишком тяжкая для хрупких земных плеч. Ответы даются каждому в меру его разумения. Но тебе, возлюбленный сын мой, я скажу все как есть. В духе и истине никого из вас не существует, а есмь только Я, и все это сон, который снится тем, кого на самом деле нет, ибо в каждом сущ лишь Я един. Ваши жизни подобны искрам вокруг огня, и только этот огонь реален, вечен и неизменен, а все вы — просто его отблески во мраке. Воистину, я не знаю про ваши гулаги и шмулаги, и не о всяком из ваших веков дойдет до меня весть…

— Но зачем нам такой Бог? — спросил Буш потрясенно.

— Зачем вам такой Бог? Конечно, он вам не нужен. Но другого Бога у меня для вас нет…

Надо мной одновременно замигали зеленый и оранжевый огоньки, и я понял, что самое время собраться.

— Во тьме небытия, о Джорджайя, горит огнем бесконечной любви мое сердце. И каждый волен пойти к нему, и может найти путь, ибо я забочусь о том, чтобы он всегда был виден. Но есть такие, кто не спрашивает, как им прийти к моему огню. Они спрашивают — а почему существуют тьма и холод?

— Прости меня, Господи…

— Ты спросил, и я поведаю, — неостановимо гремел я. — То, что временами тебе холодно и темно, сын мой, лишь доказывает, что тепло и огонь есть, ибо как ты узнал бы их иначе? Постигни же, о Джорджайя, великую тайну. Главное доказательство моего бытия — это зло. Ибо в мире без Бога зло было бы не злом, а корпоративным этикетом.

— Ох, — прошептал Буш. — Истинно так…

— И еще выше возьму тебя, о Джорджайя. Познай, что зло существует только для смотрящего на него человека, который сам является просто моим зрелищем, и жив лишь тем, что я смотрю на него. Участник во всем этом — я один, и если кому-то и причиняется зло, то только мне. А мне воистину ничто не может причинить зла. И почему, о Джорджайя? Потому, что никакого зла нет. Есть только страшные сны, которые искупаются пробуждением. Но эта истина превыше ваших священных книг и должна быть сохранена в тайне. Блэру не говори всего сказанного мной. Когда он подступит к тебе с этим вопрошанием снова, ответствуй так — йоу, Блэр, если в кинотеатре идет фильм ужасов, это не значит, что киномеханик попускает зло, хотя при большом философском уме можно сказать и так. Тогда он устыдится своего многоумия и отступит. Ответил ли я тебе, о Джорджайя?

— Алилуйя! Алилуйя! Алилуйя!

— Не искушай же более, о Джорджайя, Господа Бога своего.

Буш плакал, потом смеялся, потом снова плакал. А потом я переключил его на ангелов, у которых за эту неделю накопилось к нему много дел.

Группа: Участники
Сообщений: 1584
Добавлено: 14-05-2011 13:37

Старость, исчадие сансары – младшая сестра Смерти, ей легко заставить человека страдать. Недаром на Востоке её называют «драконом Раху».
Старик, который был настолько стар, что уже забыл имя, данное при появлении на свет, родился в семье низкой касты. Пока был молод и силён – работал не покладая рук, кормил многочисленную семью, растил детей, потом - внуков. Казалось, этим повседневным хлопотам не будет конца. Но пришло время, его жена умерла, оставив его в одиночестве, и дракон старческой немощи подкрался к нему, отравляя каждую минуту его жизни.
Старик видел, как изменяется всё вокруг него: невестки едва скрывают раздражение, вызванное его неловкостью, сыновья становятся угрюмыми, глядя на то, что ни глаза, ни руки старика уже ни на что полезное не годятся в хозяйстве. Старик давно стал обузой для всех. Иногда он жалел, что зажился на этом свете, но богам было виднее…
Дни утекали, как песок в песочных часах. Старик всё чаще впадал в забывчивость, его тело отказывалось повиноваться ему и потешалось над его разумом. Когда он не смог контролировать отправления своих естественных человеческих нужд, терпение домашних лопнуло. Внуки зло смеялись, тыча пальцами в него, выпачканного собственными нечистотами. Невестки кричали на него тонкими зловещими голосами, как ведьмы, на лицах сыновей стыд смешивался с гневом. Демоны злобы смотрели на старика из целым роем глаз, и дом гудел грозно, как улей.
Разум старика не вынес увиденного. Оставив в стороне соображения о собственной безопасности, он своим неизбывным отчаяньем собрал волю в кулак и покинул дом. Ноги плохо слушались его, но старик уходил от собственного жилища всё дальше.
Дорога привела его к кладбищу. Старик подумал о следующем рождении – и острая тоска по тому времени, когда в его руках играла сила, а ноги готовы были пуститься в пляс, одолела его. Он опустился на землю и вспомнил о своей умершей жене. Хорошо, что она не дожила до сегодняшнего дня…
Сумерки постепенно скрадывали все очертания. Наконец, наступила ночь, и в кромешной тьме старик понял: он больше никогда не вернётся домой, и смерть, которой он уже давно перестал бояться, найдёт его здесь, на кладбище. И тогда старик заплакал над своей ушедшей жизнью и будущей смертью.
Во тьме раздался звук шагов и кто-то окликнул его.
- Эй, человек! Что ты здесь делаешь ночью? Не бойся, это я, йогин, идущий мимо тебя!
Старик услышал, как кто-то невидимый в темноте опустился рядом с ним на землю, но не испугался: даже если это был неуспокоенный дух умершего, ничего страшного не случилось бы. Теперь ему справедливо казалось, что не мёртвых нужно бояться, а живых.
- Луна моей молодости давно померкла. Тень Раху, проклятого дракона старости, покрыла мою жизнь… - произнёс старик. - Моё тело изменило мне, родные тоже предали. Унижение моё так же велико, как и бессилие. Я пришёл сюда, на кладбище, с единственной надеждой – остаться и умереть здесь, чтобы никого не обременять ни своим никчемным существованием, ни своим уходом. Человек, который не в состоянии дойти до отхожего места, не имеет права на жизнь.
Йогин, помолчав, ответил:
- Луна твоей молодости – это твои привязанности. Оставь их! Всего того, к чему ты был прикован душой, уже нет, оно миновало. Я могу показать тебе, из чего состоит сейчас твоя жизнь. Смотри и слушай. Твоя карма созрела, она как тяжёлый тёмный плод, готовый упасть. Река твоего детства утекла, за нею утекли реки твоей юности, молодости и зрелости. Река твоей старости почти иссякла. Перед тобой река твоей смерти. Выбирай сам: утонешь ли ты в этих смрадных водах, или переправа будет удачной? Я могу помочь тебе переправиться на иной берег.
- Я стар и, наверное, не гожусь в ученики…
- Свет доступен всем: и младенцу, и старику. Подумай сам: твой возраст в глазах богов немногим отличается от возраста ребёнка, ведь их время исчисляется миллиардами лет. Когда гусеница, которая всю жизнь ползала по земле, превращается в куколку – это временная смерть. Рано или поздно она разломает кокон и превратится в бабочку. Главное – суметь сберечь куколку до момента рождения бабочки…
- Учитель! Я готов. Пусть я стар и немощен, и болезни разрушили моё тело. В конце концов, я не звал тебя на помощь, ты пришёл сам, а значит, ты не видишь во мне обузы. Воды всех моих рек утекли, и мне уже нечего терять, я на берегу последней реки. Учи меня, вот только ум мой стал старым и слабым.
- Твой ум не имеет возраста, он вечен и постоянен, как небо. Изменчивы лишь мысли. Они как облака – проплывают над миром, не оставляя следа. Не держись за облака, созерцай небо. Твоё тело – скорлупка, ветхая одежда. Твоя природа – иная. Она не зависит от твоего здоровья. Твоё здоровье – в твоём уме. Очистится ум – очистится и тело. Отпусти от себя всё, что причиняло тебе боль, и всё, чем ты дорожил. Пусть всё, за что ты держался, вместе с твоими мыслями о старости уйдёт туда, куда ушла и твоя молодость – в тень дракона Раху. Отпусти всё, не цепляйся за миражи – и ты победишь дракона старости.
Йогин дал старику посвящение, научил его правильному дыханию, показал, как нужно медитировать, глядя на лунный диск, чтобы позволить всем идеям, вещам и привязанностям видимого мира уйти прочь из сознания.
Каждый день йогин приходил на кладбище, приносил еду, которую добывал, прося подаяния, и заботился о старике, пока тот пребывал в медитации.
Сначала старик рассматривал воды реки смерти, пытаясь найти в них своё отражение – но они были свинцовыми, и ничего не отражали. Затем старика обступили образы его привязанностей, они толпились в сознании старика: он видел перекошенные лица невесток, сыновей, внуков, но постепенно их лики становились всё более призрачными и уже не причиняли боли сердцу.
Осознав цельность, единую природу всего мироздания, старик понял: между младенцем и стариком нет никакой разницы, всё это – лишь сосуды, хранилища дыхания богов. Дракон Раху более не был властен над ним.
Шестнадцать лет длилась медитация. Однажды, очнувшись, старик заплакал. Но слёзы его не были наполнены горечью и ядом, они были сладки и светлы, как вода в роднике. Его охватило сострадание ко всем, кто бредёт лабиринтами сансары, где небо скрыто от глаз человека за толщей заблуждений и жестокостью слепого разума. Просто он нашёл выход из лабиринта, и мог бы помочь найти его другим... И тогда старик понял, что права на смерть у него нет.
Он оплакал своих родных, простил всех и отпустил. Теперь чувства его были свободны. Мир состоял из пустоты и блаженства, которые постепенно сливались в одно целое. Двойственность жизни и смерти оказалась обманом мира: вот откуда в его жизнь прокрался страх. Оказывается, он совсем не страшен, этот дракон Раху, который даёт возможность понять собственную природу человека и недвойственность мира. Так был приручён дракон старости.
Теперь не осталось ни единой лазейки для страдания. Ум старика был чист, сознание ясно. Тело вынуждено было подчиниться ему. По его венам струился нектар, черты лица были светоносны. Чудесная сила сиддхи Махамудры вошла в старика, и его назвали именем Рахула – „оседлавший дракона старости”.
У него появилось жилище, но ему было всё равно, где жить – в собственном доме или на кладбище. Радость не покидала его ни на минуту. Вокруг него собирались люди, удивлённые метаморфозой, произошедшей с его телом и разумом. Говорили, что Рахула обрёл вторую молодость.
Многие приходили, чтобы научиться этой чудесной силе, и становились его учениками. Родственники с почтением и стыдом пришли навестить патриарха семьи, и не увидели даже тени беспокойства на его лице. Ему было всё равно, кто перед ним – он любил всех и сострадал всем.
Рахула, преодолевший старость и смерть, сбросил кожу своей старой жизни и прожил ещё одну жизнь, столь же длинную, как та, которая закончилась на старом кладбище переправой на другой берег. Он просто перелетел реку смерти, как бабочка...
Прошло много лет, и в один из десятков тысяч рассветов он увидел дракона Раху. Его крылья светились, а в миллионах глаз было участие и понимание.
- Ты пришёл за мной? Мне уже можно уйти из мира? – спросил Рахула.
- Ты совершил больше, чем может совершить человек, которого родила смертная женщина. Я подожду тебя, сколько нужно, а потом ты оседлаешь меня, как коня, и мы улетим отсюда туда, где в ясном свете тебя ждут такие же Просветлённые, как и ты сам... – прошелестел дракон Раху и лёг у ног Мастера, как верный пёс, охраняющий хозяина.
И тогда Рахула взял перо и открыл Книгу Мудрости. Описав свой опыт, он отдал драгоценные манускрипты ученикам и, оседлав дракона, покинул лабиринты сансары навсегда – на той стороне Вселенной, где смерти больше нет, его ждали боги.

(с) Ли Шин Го. Из книги "Притчи древнего Тибета"

Страницы: 1  ответить новая тема
Раздел: 
Сатсанг / Общий и Творческий раздел / Рассказы.

KXK.RU